— Не боишься, что жена узнает про твои измены? — Нет, — мой муж усмехнулся. — Она не сможет подать на развод. Простит как миленькая, иначе останется на улице. Все говорили, что моему мужу повезло. У него есть деньги, красавица-жена, дочь. И, как оказалось, любовница тоже есть. Я не могу уйти, потому что идти мне некуда. Ни работы, ни друзей в новом городе, а на руках — маленький ребёнок. Мне приходится терпеть и притворяться. Но ничего, милый. Сначала я отомщу. Отомщу так, что ты даже не поймешь. А потом — разведусь!
Мой муж мне изменяет.
Нет, я не застаю его с другой.
Не подслушиваю чужой разговор.
И мне не пишет его любовница.
Даже помады на рубашке не нахожу.
Я это понимаю по чертовым отбивным, который муж сейчас радостно уминает.
Голодный после важной деловой встречи. А у меня ноги подкашиваются.
— Очень вкусно, милая, — Рома произносит это, уткнувшись в телефон.
Важные деловые встречи муж всегда проводит в одном и том же ресторане. Заказывает себе стейк и двойной эспрессо.
Один и тот же набор каждый раз.
Мой муж — человек привычки. У него никогда не меняется расписание, выбор одеколона или место для отдыха — всегда одинаковое.
Рома жутко предсказуемый, мой оплот стабильности и уверенности.
А сейчас, вернувшись поздним вечером с переговоров, он вдруг с радостью ужинает. Хотя до этого отказывался.
— Я в ресторане поел, — всегда так отвечал.
Значит, муж не был на встрече.
Не был даже в ресторане.
И офис давно закрыт.
— Ром, — зову, чувствуя, как всё внутри обрывается. Оседаю на стул. — Где ты был?
— Юль, ты перегрелась? — муж смеётся, откладывая телефон в сторону. — Вроде больной не выглядишь. На работе я был, я же тебе говорил. Слушай, а добавка есть? Смертельно голодный. Такая сложная встреча была, звиздец. Пришлось сильно попотеть.
— Попотеть?
Переспрашиваю, внимательно рассматриваю мужа. Ищу хоть какое-то доказательство, что я просто выдумала всё на пустом месте.
Я в первую нашу встречу не изучала мужа так, как сейчас. Тёмные волосы приглажены, опрятная щетина.
Он у меня красивый — все подруги это повторяли.
С чуть смуглой кожей, выразительным взглядом. В таких все девочки влюбляются. А уж когда он стал успешным банкиром — так и вовсе стал мужчиной идеалом.
Но я сейчас этот идеал игнорирую, ищу любые доказательства.
Рома замечает мой интерес, но ничего не говорит. Рассказывает, как прошёл день на работе, про встречу…
А я слушаю и не верю.
Просто интуиция во мне вопит, что это не так.
Сама себе не могу объяснить, почему завелась.
Но всё равно смотрю. Рубашка не помятая, все пуговки застёгнуты правильно. Муж ослабляет галстук, поправляет воротник.
У меня весь мир плывёт перед глазами.
Сосредотачивается на красном пятнышке.
Как яркие сигнальные огни на шее у моего мужа.
— Мне пришлось битый час их уговаривать…
— У тебя что-то на шее, — перебиваю, нервно сглатывая. — Засос.
— Господи, ну какой засос? Наверное, воротником себе натёр. Я ведь тебе говорил, что стирать эти рубашки нужно по-другому. А теперь они сели. Можешь лучше следить за такими вещами?
— Ром…
— Я ведь не прошу многого. Всего лишь держать порядок в доме. А ты и с этим справится не можешь. Я в душ.
Отодвигает тарелку, резко поднимается. Я прямо ощущаю волны недовольства, исходящие от мужа.
Он уходит быстро, хлопает дверью. Я содрогаюсь, но тут же подскакиваю. Иду проверять не проснулась ли дочь от шума.
Кира очень чутко спит, поэтому я всегда стараюсь быть тихой. И Рома тоже, но явно не сегодня. Разозлился из-за моих слов.
Но я ведь знаю, что видела!
Или не знаю?
Малышка недовольно супится в кроватке, но спит. Прижимает к себе тряпичную куклу, которую я сшила сама.
Смотрю на своё солнышко, успокаиваюсь. Слова мужа ранят едва ли не сильнее возможной изменой.
Потому что я стараюсь всё успеть. Очень стараюсь быть хорошей женой: приготовить, убрать, постирать. Справиться с дочкой, которая ни секунды не сидит на месте.
А в момент, когда мне плохо — Рома только добивает меня.
Нет, нужно поговорить прямо.
Узнать, что происходит.
Пусть не смеет мне лгать!
Я слышу, как муж уходит в свой кабинет. Иду следом. Я не собираюсь притворяться, что не заметила странных мелочей.
Если мне изменяют — я хочу знать.
— Никусь, не сейчас, — слышу приглушённый голос мужа и без стука вхожу. — Что… Нет, сейчас не могу отправить документы, они остались в офисе. С утра перезвоню.
— С кем ты разговаривал? — подхожу ближе, скрещиваю руки на груди. — Что за Ника?
— Никита, наш юрист.
— А «Никуся» — это ласково? Интересные у вас отношения.
— Ты чего, Юль? — муж смеётся, тянет меня к себе на колени. — Ты поосторожнее с такими шутками. Может тебе отдохнуть? Тебе явно сегодня нехорошо. Вот.
Муж показывает мне историю вызовов. Там горит «Ник, юрист». Выдыхаю. А странное ощущение не покидает.
— Ром, но я слышала…
— На, держи.
Бросает телефон передо мной на стол. Венка на его шеи вздувается от злости. А я могу вблизи рассмотреть красные следы.
Теперь это не выглядит как засос. Круглое тёмно-алое пятнышко, и чуть светлее — красная линия.
Действительно, будто натёр воротником.
Только как-то необычно.
— Звони, пожалуйста, — произносит раздражённо. — Вперёд. Если я дал повод не доверять мне — то пожалуйста, проверяй. Видимо, я фиговый муж, раз ты так думаешь.
— Я не думаю, но…
— Звони. Только тогда ты покажешь, что доверия между нами нет.
Произносит, вкладывая телефон мне в руку.
А я застываю, не зная что делать.
Позвонить и проверить?
— Устрой проверку, — продолжает напирать муж. — Уверен, Никита оценит такие звонки. Супер у меня репутация будет.
— Прости, Ром.
