Повелитель Темных подхватил сына на руки и отправился вперед, протаптывая дорогу Элермэ с дочерью.
Ар Намэль ждал Повелителя в зале, чтобы доложить о приготовлениях к поединку. Выползень был загнан к воротам, подданные извещены о вечернем развлечении. Внезапно от внешних арок вполз густой туман, который так же неожиданно обрушился снегопадом на зацветавшие миэли. Ар Намэль помянул нехорошим словом происки Черного Властелина и стал мысленно взывать к Единому Создателю на предмет спасения их всех от этого чудовища. Повелитель явился как ответ на его молитвы. Но явился со всей семьей, синий от холода, со следами битвы на лице и в нижних штанах. Ар Намэль немедленно возблагодарил Создателя за то, что его не постигла участь присутствовать при явлении Супруги Повелителя в том же виде — Черный Властелин не успел и её обобрать до исподнего.
Отпустив дрожащего Ар Намэля, Амалирос закутался в плащ, усадил сына на колени и задумался. Расспрашивать двухлетнего ребенка, как он превратил столько воды в туман, минуя кипячение, было бесполезно.
— Элермэ, как читающая по воде, ты можешь объяснить, как из воды получить туман без нагрева, а потом осыпать его снегом? Как он это сделал?
— Лирмо, я так рада, что ты не… сварился! — Она тоже понятия не имела, как и что сделал сын. — Испугался и убрал воду. Как мог. А дочь перестала тебя видеть и тоже испугалась. Я была ближе и знаю: снег — это её заслуга. Какие у нас талантливые дети! — Наконец-то у неё как у матери появился повод для гордости. А то она уже начинала ощущать вину за то, что дети Повелителя не имеют никаких выдающихся способностей. — Через месяц будет праздник поименования. Теперь придется выбирать имена с учетом их способностей.
Амалирос пристально посмотрел на детей. Когда рождался универсальный по Силе Повелитель, с ним было всё ясно. Старший Повелитель сам определял направление Силы и проблем с именем никогда не возникало. Отец назвал его Арк Каэль, что на древнем Темном наречии означало "всепобеждающий". Определить направленность сына Амалирос не мог, но догадаться — вполне.
— Тиалас был не прав, когда сказал, что у нашего мальчика присутствует производная стихий — огонь. Нефралевая нить была расплавлена, но волосы-то у меня не загорелись. Вода стала туманом, но он её не нагревал. По-моему, наш замечательный сын просто меняет состояние вещества. Других предположений у меня нет. А дочь… что-то вроде того же самого, но ближе к созидательной фазе.
— Ты хочешь сказать, что наш сын — разрушитель? — Элермэ вознамерилась спорить. Её мальчик просто не мог получить такое незаслуженное имя, как наказание. — Да он же просто пока не осознает, что делает!
Амалирос примирительно кивнул.
— Пока не осознает. Только я не представляю, как при таких способностях вообще возможно созидать. Остается только надеяться, что имя Арк Латэль — всесозидающий, заставит его соответствовать. Налиарос Ар Ниэль Арк Латэль — неплохое сочетание, да? — Повелитель посмотрел на притихших детей. — А вот ронять отца и заваливать его снегом больше не надо!
— Да! — Подержала воспитательную тему Элермэ. — Ронять авторитет отца на дно не следует. Лирмо, да они же ничего пока не понимают!
На этот счет Амалирос очень сомневался. Иногда ему казалось, что оба отпрыска просто сговорились и притворяются гораздо более несмышлеными, чем они есть на самом деле. Ну, или хотя бы один из них — хитрый рыжий мальчишка, который так и не расстался со своей тарелкой и окаменевшим в ней обедом, несмотря ни на какой испуг.
Барз сидел за столом и сосредоточенно рассматривал самый крупный белый тарл — ничего крупнее он в жизни не видел. Второй, гораздо меньший, тот, что был отложен на черный день, лежал рядом. Бывший боцман то пододвигал его к большому, то отодвигал. С камнем надо было что-то делать. Рыбацкая флотилия уже была, торговые корабли имелись, приличное питейное заведение — тоже. Производство настоек предполагалось само собой и не имело к этому камню никакого отношения. Плата за деликатность и сохранение тайны призывно поблескивала и хорошо, что ещё не подмигивала. Очередное приобретение не хотело придумываться ни в какую. Появление эльфов Барз сравнивал с ураганом, после которого либо проливается золотой дождь, либо случается град. Очередная крупная градина лежала на столе и настойчиво намекала на дальнейшее развитие событий. Развитие тоже имело обыкновение походить на последствия урагана. В пираты его записывали, во вражеские лазутчики тоже, в колдуны уже произвели, но пока только шепотом. Если приобрести нечто значительное, то об этом громко объявят и хорошо бы не на главной площади.
