— Да, — спокойно отвечаю я. — Ты разведена, абсолютно свободна. Я тоже не обременен никакими обязательствами. Почему нет? Секс, в конце концов, такая же базовая потребность, как еда и сон. А хороший секс — вообще полезен для здоровья. Снижает стресс, запускает выработку эндорфинов. Я мало того, что не буду трогать твою булочную, я дам тебе возможности развить ее. Причин отказа — ноль. Возможностей — море. Рискнешь окунуться?
Она раздраженно прикрывает глаза.
— Вы забыли один важный пункт.
— И какой же?
— Я не продаюсь.
— Так я и не покупаю. Если бы мне нужна была шлюха, мы с тобой здесь не сидели бы и не разговаривали. Я предлагаю тебе взаимовыгодную сделку. Если хочешь, ты меня привлекаешь. Я хочу тебя в самом примитивном смысле этого слова. Сейчас именно тебя, и никакая шлюха мне тебя не заменит.
Она сглатывает, ресницы медленно порхают, губы прикрываются, дыхание учащается. Улыбаюсь, отпивая вина.
— Три минуты, Константин Леонидович, а кроме как дать по вашему самодовольному лицу, другого желания не возникло, — язвит.
— Не люблю, когда женщины лгут, — холодно отзываюсь я, понижая голос. — Но окей. Три минуты. Я обещаю, что ты уйдёшь через три минуты, если не захочешь остаться сама. Но я буду делать эти три минуты всё, что захочу, а ты — покорно принимать.
Отставляю бокал на столе, поднимаюсь с кресла и иду к Наталье. Она сжимается, распахивая глаза. Но я обхожу её кресло и останавливаюсь позади, опуская руки на спинку. Наклоняюсь к Наталье, глубоко вдыхаю. От нее пахнет ванилью и корицей, и еще чем-то истинно женским. Самкой, которую я сейчас хочу и, конечно, не отпущу через три минуты.
— Да или нет? — вкрадчиво спрашиваю, убирая прядь ее волос за ухо, слегка касаясь пальцами кожи.
— Да, — выдыхает она, отпивая еще глоток вина.
И тут Наталья Николаевна поплыла.
Если честно, за тридцать пять лет у меня был только один мужчина. Я настолько привыкла к рукам, губам, запаху и телу супруга, что никогда даже не представляла себя с другим. Да и не хотела я никого другого. Сама мысль о чужом человеке вызывала отторжение. Всё, что происходило в нашей постели, мне казалось нормой. Но сейчас я начинаю глубоко сомневаться, что в постели с Женей было всё хорошо.
Константин кардинально другой. Другая внешность, другой возраст, другой запах. Он выше Евгения, брутальнее, шире в плечах. И намного самоуверенней. Самолюбие у Барина зашкаливает.
И я понимаю, что ошибалась, когда думала, что мне будут отвратительны другие мужчины. Я испытываю что-то сродни азарту. Возбуждение накатывает волнами только от понимания того, что это незнакомый человек и я совершенно не знаю, чего от него ожидать. С Евгением было всё предсказуемо.
— Три минуты… — напоминаю ему я.
Выдыхаю, когда его пальцы скользят по вороту моего джемпера. Даже не подозревала, что можно так остро чувствовать простые прикосновения. Горячие, слегка шершавые пальцы поглаживают мои ключицы.
Глупо усмехаюсь, когда Константин выдыхает мне в ухо. Понимаю, что ровно через три минуты я его оставлю и уйду отсюда. Но нервничаю, как девственница перед первым сексом. Такое забытое ощущение. Прикрываю глаза, втягивая холодный аромат парфюма Константина.
— Я хочу тебя, Наташа, — выдыхает мне в ухо, и мои ноги инстинктивно сжимаются. — Хочу тебя трахать так, чтобы кричала на всю квартиру. Ты так умеешь? Ты громкая девочка? — хрипит, прикасаясь губами к моему уху. Волна жара поднимается от бедер к животу. Всё, что он говорит, пошло, но…
Его горячее густое дыхание обжигает. Делаю глубокий вдох, чтобы взять себя в руки, но тут же выдыхаю, когда мужская рука зарывается в мои волосы и тянет голову назад, вынуждая откинуться на спинку кожаного кресла.
— От тебя пахнет сексом. Сладким, тягучим. Но я буду брать тебя больно. Тебе понравится, — управляет мной, поднимая голову. Его губы впиваются в мою шею, оставляя обжигающий поцелуй. Сглатываю, ощущая, как зашкаливает пульс. Впиваюсь руками в подлокотники кресла, царапая их ногтями.
Мама дорогая…
Это всего лишь слова, всего лишь губы, а я чувствую, как наливается грудь, начиная ныть, требуя мужского внимания, и сводит низ живота. Я даже не помню, чтобы когда-либо так быстро заводилась от секса с мужем. Мне нужно было больше времени. И не всегда наша близость заканчивалась моим удовольствием. Последнее время я всё чаще имитировала оргазм, когда понимала, что секс затягивается, а я совсем не близка к развязке. Зачем? Наверное, не хотела обидеть Евгения. А надо было не обманывать ни его, ни себя.
Горячие губы Константина скользят от шеи к моему плечу.
Всхлипываю, когда Константин резко дергает ворот моего джемпера, который трещит, и прикусывает кожу на моем плече.
— Я хочу, чтобы ты сейчас сняла свои джинсы, трусики и развела ноги максимально широко. Я хочу посмотреть на тебя.
Сколько времени прошло?
Надо бы посмотреть на часы, но я не могу. Я куда-то уплываю, начиная дышать чаще и глубже.
