— Но она настаивала, устраивала истерики, сокрушалась что превращается в клушу и деградирует. Купил ей салон красоты. В качестве игрушки. Но супруга стала играться всерьез. Втянулась, развилась, стала бизнес-леди. Открыла филиалы. С моей помощью, конечно. И вот уже готовит и создает уют домработница, а сына воспитывает няня. Мы встречаемся за завтраком, обмениваемся парой фраз и расходимся до ночи. У нее своя жизнь, у меня своя. Мы остыли друг к другу, как и наша постель. Я пытался прекратить все это и вернуть супругу на свое место женщины в доме. Но наткнулся на очередную истерику о том, что эгоист. Оставил как есть… Пустил на самотек. Завел любовницу, она любовника. Мне плевать, с кем она, ей тоже. Брак стал номинальным, для видимости ради сына. А потом мне это надоело, и мы обоюдно разошлись. В общем, я понял, что не умею уступать и искать компромиссы, связывать себя узами брака больше не хочу, — неожиданно для себя откровенно выдаю я.
— Не жалеешь? — спокойно спрашивает Наталья.
— Нет.
— Ясно.
— И что тебе ясно? — поворачиваю к ней голову. Задумчивая.
— В вашем браке не было любви ни с ее стороны, ни с твоей, поэтому вы так спокойно друг друга отпустили.
— Любви? — иронично усмехаюсь. — А в твоем браке она была?
— Нет, — выдыхает.
— Так, может, любовь — это миф для подростков?
— Может, — пожимает плечами. Но настроение ее меняется. Не комментирую. Незачем развивать эту тему.
Дальше все идет по плану. Катание на лошадях оборачивается фотосессией для девочек, в седло они сесть не решаются даже под руководством инструктора. Катаюсь только я. Девочки же кормят лошадей и обнимаются с ними. Отправляю Дашу на массаж, затаскиваю Наталью в спальню, где трахаю ее у стены. Сначала сладко и тягуче, нашептывая ей пошлости, а когда она кончает, уже отрываюсь по-взрослому.
Обедаем. И отправляемся назад.
Всю дорогу Даша уже более расположена ко мне, болтает и показывает Наталье фотографии. Я молча веду машину.
Курить хочется.
Хотя почти бросил. Несолидно уже в моем возрасте. И на женщину западать как мальчишке тоже не солидно, даже пошло. Гоню эти мысли от себя, утешаясь тем, что это просто эмоции, которых мне и не хватало, но они быстро пройдут, и все встанет на свои места…
— Подъедь, пожалуйста, к часу дня к своей пекарне, — просит меня Константин. Смотрю на часы, уже половина первого.
— Зачем? — растерявшись, задаю глупейший вопрос. Хотя очень жду, когда Коган решит мой вопрос. Я уже больше двух недель без работы, и моей подработки в качестве домашних заказов тортов и пирогов явно не хватает.
— Не опаздывай, — снисходительно отвечает Константин и сбрасывает звонок.
И я лечу в душ, переворачиваю шкаф в поисках приличной одежды, на ходу пытаясь нанести макияж. Это все необязательно, тем более встреча явно не личная, а деловая. Но любая встреча с этим мужчиной теперь вызывает волнение. Я отлично понимаю всю природу своих ощущений, не девочка уже. Я допустила его к телу и получила от близости не просто оргазмы, а эмоции.
Это у мужчин все гораздо циничнее. Просто трахнулись и разбежались. А у женщин по-другому… Допустила к телу — априори впустила в душу. И надо с этим что-то делать. Никто не настроен на долгосрочные отношения, и никто ничего большего друг другу не обещал.
Подъезжаю к пекарне, опаздывая всего на пять минут. Я давно не ездила за рулем и поэтому словила легкую панику в потоке, собрав все маты нервных водителей.
Внедорожник Константина уже припаркован возле моей пекарни, которая грустно опечатана. Вздыхаю, собираясь с силами и выхожу из машины. Одновременно со мной из внедорожника выходит Костя, улыбаюсь ему как дура.
Дура, потому что он кивает мне в ответ и помогает выйти из машины какой-то кошелки. Осматриваю ее более внимательно. Ревностно, если хотите. Понятно, что между нами только секс, но я полагала, что это исключает других партнеров. Девушка молоденькая, до тридцати лет, такая вся стильная, модная, в меховом полушубке, кожаных штанах и сапогах на шпильке.
Дура. Кто в гололед на каблуках ходит?
Ноги свои красивые переломаешь.
Но Константин, как джентльмен, конечно, не позволит ей разбить нос, поддерживая рыжую молодуху.
— Добрый день, — сухо здороваюсь, пытаясь не выдать что-нибудь неадекватное.
— Здравствуйте, — улыбается мне белоснежными винирами девушка.
— Познакомься, Наталья, это Маргарита, — представляет он мне свою спутницу.
Надо сказать, что мне очень приятно, но я просто киваю, потому что мне нифига не приятно.
— Открывайте пекарню, Наталья Николаевна, — кивает он мне.
— Она же опечатана… — сдуваюсь я.
— Просто сорви бумажку и открывай, — настойчиво произносит Костя.
Окей. Я надеюсь, он знает, что делает. Срываю бумажку, открываю. Здесь холодно и уныло…
Проходим внутрь.
— Присядем, — Константин отодвигает стул сначала мне, потом Маргарите, которая, как умалишенная, продолжает мне улыбаться и с и интересом осматривает пекарню.
— Что происходит? — интересуюсь я.
