Женился Сергей Кремов неожиданно и с какой-то поспешностью. Это было 6 лет назад. Он тогда уже больше года жил на квартире у Бельских, и жизнь, казалось, не предвещала ему ничего недоброго. Стипендии, правда, не хватало, но так жили все. Он уходил в институт, возвращался, когда ему вздумается - ключ у него был свой, ход в комнату отдельный, хозяевам он не мешал, а то и вовсе не возвращался, ночевал у товарища. Всё, как у всякого приезжего студента. Он перешёл на 3-й курс. Как-то вечером Сергей остался дома. Октябрь, на дворе мелкий дождь, слякоть, идти никуда не хотелось. В дверь постучали. Женился Сергей Кремов неожиданно и с какой-то поспешностью. Это было 6 лет назад. Он тогда уже больше года жил на квартире у Бельских, и жизнь, казалось, не предвещала ему ничего недоброго. Стипендии, правда, не хватало, но так жили все. Он уходил в институт, возвращался, когда ему вздумается - ключ у него был свой, ход в комнату отдельный, хозяевам он не мешал, а то и вовсе не возвращался, ночевал у товарища. Всё, как у всякого приезжего студента. Он перешёл на 3-й курс. Как-то вечером Сергей остался дома. Октябрь, на дворе мелкий дождь, слякоть, идти никуда не хотелось. В дверь постучали.
Женился Сергей Кремов неожиданно и с какой-то поспешностью. Это было 6 лет назад. Он тогда уже больше года жил на квартире у Бельских, и жизнь, казалось, не предвещала ему ничего недоброго. Стипендии, правда, не хватало, но так жили все. Он уходил в институт, возвращался, когда ему вздумается - ключ у него был свой, ход в комнату отдельный, хозяевам он не мешал, а то и вовсе не возвращался, ночевал у товарища. Всё, как у всякого приезжего студента. Он перешёл на 3-й курс.
Как-то вечером Сергей остался дома. Октябрь, на дворе мелкий дождь, слякоть, идти никуда не хотелось. В дверь постучали.
- Войдите! - отозвался Кремов, не отрываясь от книги.
В комнату вошла Лиза, хозяйская дочь.
- Можно к вам? - остановилась она у порога. - Извините, что побеспокоила... Я на минутку...
- А, Лиза? Входите-входите, не стесняйтесь!
Кремов с удивлением рассматривал Лизу, словно видел впервые. Она... и - не она. В прошлом году, когда он перешёл на 2-й курс и поселился у Бельских, Лиза пошла в 10-й класс. Он даже не замечал её. Была она какой-то маленькой, совсем неприметной. Теперь перед ним стояла взрослая, вполне оформившаяся девушка.
- Спасибо! Я зашла попросить у вас почитать что-нибудь. Дождь, скука, и читать нечего. Всё уже у себя перечитала.
- Да вы присаживайтесь, Лиза! Сейчас подберём что-нибудь. "Клима Самгина" Горького - читали? Не любите Горького?! А Алексея Толстого - дать? Про любовь? "Всадник без головы" читали?
- Читала, но с удовольствием прочту ещё раз.
- А эту? Не моя, правда, студент один забыл, но могу дать. Тут про любовь.
- Спасибо! Я быстро прочту. До свидания!
- Да куда же вы, Лиза? Посидите хоть немного. Вы в каком сейчас?
- Я не учусь, - присела опять на стул Лиза. - Не приняли.
- Вот как?!
- Да. Завалила по литературе и русскому. Экзаменатор такой вредный попался, а тут заболела как раз. А вы? Как отдыхалось у мамы?
- Отлично. Всё лето загорал на Урале. Правда, в нашем месте он не широкий, не то что Волга, но купаться можно.
- Как я завидую всем вам. Вот кончите институт, поедете куда-нибудь, работать будете. А я так и буду сидеть здесь, в Астрахани.
За книгами Лиза стала заходить часто. Потом они целовались. Она сама объяснилась ему в любви. Ему это льстило. Лиза была не то чтобы уж очень красива, но симпатична. Льняные коротко подстриженные кудряшки, вздёрнутый немного, аккуратненький носик, пышная грудь и чуточку полная фигурка.
Отдалась Лиза Сергею как-то легко, бездумно. Даже не плакала. Он удивился, что она девушка. Если бы знал, пожалуй, не тронул её. Но она так жарко, так страстно целовала его, что он и не помнит, как это случилось у них. Ему было жаль её.
Дня через 3, вечером к нему зашла её мать.
- Серёжа, мне надо с вами серьёзно поговорить...
- О чём... Дарья Петровна? - спросил он неуверенно, хотя всё понял.
- О вас и моей дочери. Вы извините меня, но... Лиза мне всё сказала. Она так счастлива сейчас, что ничего не соображает. Я же считаю, что ваши отношения надо оформить. Я знаю, вы мальчик из хорошей семьи, плохого не сделаете, но согласитесь, ждать неприятно. Да и для вас обоих так лучше. Всё-таки семья накладывает на человека долг, обязанности. А доучиться мы вам поможем. Я уж и с Александром Сергеичем поговорила. Зарабатывает он прилично - поможет. Люби`те друг друга на здоровье, мы мешать не будем.
Через месяц была свадьба. Кремов переселился к Бельским насовсем, известил об этом свою мать. Послал коротенькую телеграмму.
Затем он окончил институт, и был оставлен работать в Астрахани. Всё шло ровно и гладко. Родился сын, стал подрастать. Но любви к жене Кремов не испытывал. Правда, он никогда не изменял ей, не ссорился, старался не огорчать её, но ему с ней всегда было скучно. Она не понимала его, они были совершенно разные. Он молча вставал, одевался, ел, уходил на работу и приходил. Безразлично откликался на вопросы жены, так же без особой охоты, скорее по обязанности, немного играл с сыном, читал книгу или газету и ложился после ужина спать.
Он ко всему привык. Как к должному относился к ласкам жены, и так же, как на что-то должное, отвечал ей на них. Привык к своему долгу, долгу порядочного семьянина. Ходили иногда в кино или театр, но он никогда не делился с женой своими впечатлениями. Несчастным он себя не ощущал. Ему казалось - все так живут. Все честные люди.
Жена что-то делала, покупала вещи, создавала в квартире уют, гладила ему рубашки, стирала носки, он словно не замечал ничего. Не замечал и того, что Лиза стала полнеть и делаться хуже. Из некогда симпатичной, миленькой девушки она превратилась в холёную, пухлую даму. Аккуратненький носик сделался неаккуратным, похожим на картошку, а лицо стало как у молодой, породистой розовой свинки.
Незаметно для себя, всё более отдаляясь от людей, Кремов уходил в книги. Только в них находил он истинный отдых, наслаждаясь чужими радостями и тонкими чувствами. Читал много, запоем.
