- Милый мой мальчик, хороший ты мой Реми! - говорил он, целуя меня.
Я подробно рассказал о том, как живут Лиза и Алексис. Но когда я стал объяснять ему, почему мне не удалось повидать Этьеннету, он перебил меня:
- А как твои родители?
- Разве вы знаете?
Тогда он сообщил мне, что у него недели две назад побывал Барберен.
- Барберен умер, - сказал я.
- Вот так несчастье!
Акен рассказал, что Барберен приходил к нему в тюрьму, желая узнать, где я нахожусь.
Когда Барберен приехал в Париж, он первым делом отправился к Гарафоли и, разумеется, не нашел его. Тогда он поехал в провинцию, в ту тюрьму, где сидел Гарафоли, и тот рассказал ему, как после смерти Виталиса я был взят в семью садовника. Барберен вернулся в Париж и разыскал Акена в тюрьме. От Акена он узнал, что я путешествую по Франции, и если нельзя точно знать, где я нахожусь в данный момент, то можно с уверенностью сказать, что рано или поздно я побываю у кого-либо из его детей. Барберен написал мне в Дрези в Варс, в Эснанд и в Сен-Кантен. Я не получил в Дрези его письма, вероятно, потому, что ушел оттуда раньше, чем оно прибыло.
- А что говорил вам Барберен о моей семье?
- Ничего, вернее очень мало. Твои родители будто бы узнали от полицейского комиссара, что подкинутый ребенок был отдан каменщику из Шаванона по фамилии Барберен. Тогда они обратились к нему. Но так как тебя там не оказалось, они попросили его помочь им разыскать тебя.
- Он не сказал вам их фамилии или где они живут?
- Я спрашивал его об этом, но Барберен мне ответил, что он после все скажет. Я не стал настаивать, прекрасно понимая, что он скрывал фамилию твоих родителей из боязни потерять часть вознаграждения, которое он надеялся получить от них. Так как я тоже некоторое время был тебе за отца, то Барберен вообразил, что я намерен получить за это плату. Я послал его к черту и с тех пор больше не видел. Я и не предполагал, что он умер. Итак, ты знаешь, что у тебя есть родители, но из-за этого старого скряги ты не знаешь, кто они и где они.
Я объяснил ему, на что я теперь надеюсь, и он вполне согласился с моими предположениями.
Твои родители нашли Барберена, а Барберен сумел разыскать сперва Гарафоли, затем меня. Они, без сомнения, обратятся в гостиницу Канталь, а потому живи пока там.
Эти слова были мне очень приятны и вернули мне веселое настроение. Остальное время прошло в разговоре о Лизе, об Алексисе и о катастрофе в руднике.
- Какая ужасная работа! - воскликнул Акен, когда я окончил свой рассказ. Бедный Алексис... Ах, было бы гораздо лучше, если б он остался садовником!
- Это время вернется. - заметил я.
- В ожидании этого чудесного момента, - сказал мне Маттиа, когда мы очутились на улице, - нам не следует терять напрасно время, а надо зарабатывать деньги.
- Если бы мы меньше занимались заработком по пути из Шаванона в Дрези и из Дрези в Париж, мы бы пришли в Париж раньше и застали бы Барберена в живых.
- Верно, я сам огорчен тем, что мы задержались, - следовательно, можешь меня не упрекать
- Я нисколько не упрекаю тебя, Маттиа! Если б не ты, я не смог бы подарить куклу Лизе и мы бы оказались сейчас в Париже без копейки денег.
- Хорошо, раз я тогда был прав, положись и теперь на меня. К тому же нам ничего лучшего и не остается, как начать работать. В Париже я чувствую себя как дома и знаю тут много хороших местечек.
Он действительно хорошо знал все кафе, площади, дворы, закоулки, и к вечеру наша выручка достигла четырнадцати франков.
Так прошло три дня. На мои вопросы хозяйка гостиницы ежедневно отвечала одно и то же: "Барберена никто не спрашивал. Писем нет ни вам, ни Барберену". Но наконец, на четвертый день, она подала мне письмо. Это был ответ матушки Барберен - вернее, тот ответ, который был написан по ее просьбе, так как она сама не умела ни писать, ни читать. В нем говорилась, что незадолго до смерти мужа матушка Барберен получила от него письмо, которое она и пересылает мне, так как в нем содержатся сведения о моей семье.
- Скорее, скорее, - закричал Маттиа, - читай письмо Барберена!
С замиранием сердца я дрожащей рукой развернул письмо:
"Дорогая жена!
Я очень болен, лежу в больнице и вряд ли встану. У меня мало сил, а то бы я написал, как это со мной случилось. Но надо торопиться и сообщить о самом главном. Когда я умру, напиши в Лондон, Линкольнс-Инн, Грин-сквер, Контора Грэсс и Гэлли. Этим людям поручено разыскать Реми. О том, что сталось с Реми, ты можешь узнать от старого садовника по фамилии Акен, который находится сейчас в Париже, в тюрьме Клиши. Но не предпринимай ничего до моей смерти. Целую тебя в последний раз.
Барберен."
Я еще не успел кончить письмо, как Маттиа вскочил и закричал:
- Едем! В Лондон!
Я был настолько поражен известием, полученным в письме, что смотрел на Маттиа, не понимая, о чем он говорит.
