Эффи уехала на месяц к родителям в Западную Вирджинию, а я осталась наедине с грызущими мыслями без возможности обсудить с кем-то свои душевные переживания.
Меня объяло беспросветное одиночество.
Еще через пару дней тревога и желание услышать его взяли верх, и я набрала номер Нэйта. Долгие гудки остались без ответа, и я еще больше погрузилась в свою печаль. Весь день я терзала себя мыслями о его местонахождении. В конце дня, когда я вернулась домой и начала топить грусть в бокале белого сухого, раздался долгожданный звонок. На экране телефона высветилось любимое имя, и я в сию же секунду ответила:
– Нэйт, привет!
– Привет, красавица, – ровный баритон мелодично просочился сквозь уши, заставив расплыться в улыбке. – Я рад, что ты наконец-то захотела меня услышать.
– Я скучаю, – как-то само собой вырвалось изо рта.
– Я тоже безумно соскучился по тебе.
– Куда ты пропал?
– Я в нашем нью-йоркском офисе. Решаю кое-какие вопросы. Через пару дней прилечу обратно в Чикаго.
– Теперь понятно, почему тебя не было видно на работе.
– Ты уже желаешь меня увидеть?
– Думаю, да. Я готова поговорить.
– Я позвоню тебе в субботу. С нетерпением жду нашей встречи.
– Хорошо.
– Целую тебя во все возможные части твоего тела.
Я тихо рассмеялась и положила трубку.
Я знала, что это будет непросто. Он действовал на меня, как красная тряпка тореадора на быка. С нашей первой встречи ничего не изменилось, даже наоборот влечение стало еще более невыносимым. Стоило ему просто оказаться рядом, как я теряла контроль. Даже услышав сегодня его голос по телефону, в мозгу сразу же запустилась кинолента из всех наших красочных моментов. Она взрывала хрупкое сознание и убеждала, что я абсолютно беспомощна перед ним. Определенно и бесповоротно.
К субботнему вечеру я искусала себе все локти в ожидании заветного звонка. И он позвонил. Только сразу в дверь.
– Нэйт! – удивленно воскликнула я, впуская его в квартиру. В его руках красовался букет идеальных длинных роз, таких же, как и в прошлый раз. – Какая красота! Спасибо!
– Это не все. У меня есть еще кое-что для тебя.
Он подвел меня к зеркалу и попросил закрыть глаза. Я послушно выполнила просьбу, не выпуская из рук цветов. Я почувствовала, как Нэйт бережно откинул мои волосы на плечо, как что-то тонкое проскользнуло по шее и как его руки слегка коснулись моей кожи сзади, вызывая слабую волну мурашек. После того, как поцелуй Нэйта обжог мне плечо, он велел открыть глаза. Я увидела над ключицами изящную золотую цепочку, посередине которой сверкал обрамленный драгоценный камушек.
– Это бриллиант, – прошептал он мне на ухо. – Очень редкий бриллиант, Тэя. Такой же редкий, как и ты, – он склонил голову и провел губами по моей ключице.
– Нэйт… у меня нет слов, – я буквально застыла от изумления. – Это очень красиво.
– Еще я прихватил с собой бутылку вина. Мне его очень советовали в Нью-Йорке.
– Ты разбалуешь меня.
– Надеюсь, я заслужил поцелуй, – он медленно развернул меня к себе лицом.
В его взгляде мгновенно вспыхнули знакомые голубые искры. Я оставила на его губах легкий поцелуй и вынырнула из его объятий. Когда цветы заняли свое место в самой широкой вазе, а вино разлилось по бокалам, я присоединилась к Нэйту, который к тому времени устроился на диване в гостиной.
– Прежде, чем ты начнешь, я хочу тебе кое-что рассказать, – моментально заинтриговал Нэйт.
– Слушаю, – я уставилась на него, приподняв бровь.
– В Нью-Йорке я встречался с дядей Хью, чтобы рассказать ему о тебе и о моем решении касательно Стефани.
Мои глаза увеличились вдвое, на лице отчетливо читалось замешательство.
– И как все прошло?
– Не очень хорошо. Я ожидал такой реакции. Поэтому ни капли не был удивлен. Хью, конечно же, не встал на мою сторону и не одобрил моего решения. Но для меня целью было донести до него эту информацию, не более. Со временем он поймет меня. Пока что ему нужно время принять эти перемены.
– А отец Стефани знает?
– Если бы Джордж был в курсе, я бы непременно знал об этом. Он не из тех людей, которые будут молчать и держать все в себе. Но это дело времени.
– Странно, что Стефани до сих пор ему не сообщила. Я думала, что после того скандала она сразу же известит отца.
– В отличие от отца Стефани не следует своим первоначальным эмоциям. Она сначала десять раз обдумает, а потом только что-то сделает. Поэтому ничего странного нет. Возможно, она еще переваривает то, что произошло.
– Или, возможно, она все еще уверенно ждет тебя, – я невольно закатила глаза и нахмурилась.
– Меня это не волнует, Тэя. Я сказал свое слово. Мне нужна только ты. И проведя эти три мучительные недели без тебя, я еще больше убедился в своих чувствах. Не знаю, какое решение приняла ты, но я уже не могу представить свою жизнь без тебя.
– Я скучала по тебе каждый день. По-моему, мое решение очевидно.