Выйдя из спальни, дальше по коридору, мы двинулись в сторону моей студии. Находилась она не так близко, и когда я первый раз осматривал дом и искал ее, чуть не заблудился. Не удивительно, что Мо то и дело оглядывалась, запоминая, сколько раз мы повернули и в какую сторону.
— Слушай, — запыхавшись, Мо остановилась, переводя дух, — а у тебя карты дома нет? Или GPS? А то я здесь заблужусь, — она впервые назвала меня на «ты». Стоит ли радоваться этому? Или она всего лишь устало от длительного пути и это сказывается усталость.
— Если ты что-то забудешь, спросишь меня, — отдышавшись, мы снова двинулись в студии. Мо плелась сзади и отставала от меня. А когда догоняла, то несчастными глазёнками вопрошала: «Когда мы уже дойдем?»
— Это святая святых, моя студия, — я как джентльмен пропустил Мо вперед. Хотя какой из меня джентльмен? Настоящие джентльмены не расхаживают голыми перед своими сотрудниками.
— В студии можешь убираться раз-два в неделю. Не чаще.
— Может, вы сами?
— Что?
Она что, отлынивает от работы?
— Просто здесь так идеально. Все на своих местах. А если я, не дай бог, стирая пыль, задену рычажки на вашем пульте, вы же меня убьете.
— Правильно мыслишь, девочка, — я лукаво взглянул на нее.
— Так, что вы здесь лучше сами.
— Лентяйка?
— Перестраховщица, — улыбнувшись, она выпорхнула из моей студии.
— Осталась спальня моего брата и спальня для гостей. В спальне для гостей можешь убираться раза три-четыре в месяц. Тем реже туда заходишь, тем меньше там пыли, — Мо хихикнула. Я незаметно улыбнулся. Мне нравилось слышать ее детское, девчачье хихиканье.
— Эта спальня моего брата, — Мо, засмотревшись на вид из окна, налетела на меня. И на секунду ее щека коснулась моей спины. Я замер. Мне было тяжело дышать. По телу словно пустили электрический импульс. Горячая, густая, раскаленная до предела кровь быстрее побежала по венам, обжигая меня изнутри. Господи! Что это? Ни одно прикосновение девушки не вызывало во мне таких ощущений.
— Ой, — Мо сидела на полу, потирая ушибленное место. Я протянул ей руку, помогая подняться. Соприкосновение наших рук не вызвало того же ощущения. Странно.
— Спальня брата, в которой гласит правило: беспорядок — это мой порядок. Так что особо чистоту здесь не наводи и вещи по местам не раскладывай. Смахнула пыль и свободна.
— Хорошо. А ваш кабинет?
— Если моему кабинету потребуется чистка, я сообщу тебе, — Мо кивнула головой и засунула руки в задние карманы джинс.
— Что-то еще?
— Нет! Обдумываю свой дальнейший план работы. И кстати, я приготовила вам завтрак. Не знаю точно, что вы едите, но может я угадала, — Мо схватила меня за руку и потащила вниз на кухню. На блестящем, от солнечных лучей, столе стояла чашка кофе, омлет и вафли.
Я сел за стол и сделал глоток горячего кафе, ожидая, что он будет сладким, но нет, ни грамма сахара. Потом я попробовал вафли, которые очень любил с приятной кислинкой от добавленной в них ягоды.
— Ну? — Мо ожидала моего вердикта.
— Ты, кажется, говорила, что не очень хорошо готовишь, — она пожала плечами и игриво улыбнулась. — Но сейчас ты попала в десятку, — Мо подпрыгнула на месте и широко улыбнулась. Так сильно радуется моей оценки ее кулинарных способностей.
Мошель застенчиво улыбнулась и ушла в гостиную, возвращаясь к своим прямым обязанностям.
Я сидела на скамье возле фонтана в белом платье и ботильонах белоснежного цвета. Брызги воды летели мне прямо на спину. Я морщилась от холодных капель и улыбалась, ожидая свою подругу, которая вечно опаздывала. Дурная привычка Люси собираться в последний момент.
— Мо, — Люся на всех порах летела ко мне, расталкивая прохожих. — Такое происходит! Такое происходит, — Люся вырвала из моих рук бутылку с водой и разом выпила половину. — Игорь с ума сходит! Рвет и мечет! На всех орет и спрашивает где ты. А, кстати, где ты? Почему на работу не ходишь?
— Я больше не работаю в кафе. Нашла другую.
— И какую же?
— Помнишь того клиента, что оставил мне пятьсот рублей за латте? — Люся молча кивнула. — Теперь я работаю горничной в его доме.
— Рехнуться можно, — требуя объяснений, Чайкина вопрошающе хлопала ресницами.
— Ну и как он? — Люся стреляла глазками, выпытываю информацию.
— В каком смысле как?
— Ну ты не прикидывайся. Знаешь, ведь о чем я говорю.
— Ты ненормальная, Чайкина! Я работать туда пришла, — прошипела Мо.
— Ничего ты не понимаешь в отношениях между мужчиной и женщиной. Так и будешь получать деньги за одну стертую пыль, — Люся удрученно вздохнула.
— Заткнись сейчас же!
— Я говорю нормальные вещи. Таких парней надо держать рядышком, — Чайкина понизила голос до таинственного шёпота и заговорщицки задергала бровями. — Я всегда знала, что ты недалёкая! — Люся сидела на лавочке и причитала, как старая бабка. — Надо было сразу брать быка за рога.
— Если ты сейчас не заткнешься, Чайкина, я утоплю тебя в этом фонтане.
— Да ладно тебе, — Люся толкнула меня плечом и, посмотрев, улыбнулась. — Кто, кроме меня, тебе правду скажет. Я же будущий юрист, говорю как есть, и никто не смеет мне перечить.