Первое время, после того как препаратами сняли острую фазу депрессии (до этого не могла, мне было противно), я подолгу смотрела в зеркало. Часами. Привыкала к себе и искала что-то, что может мне понравиться в себе. Вся старалась понравиться. Для этих же целей начала вести социальные сети активно.
Даже перед тем, как приехать сюда, я сфотографировалась и выложила фотографию. Хотелось реакцию посмотреть человеческую. Так сказать, непредвзятое мнение.
- Вот, смотри!
Забрав у мужчины, по-видимому, - коллеги, папку с документами, Сережа мне её вручает. Раскрывает на первой попавшейся странице, и я прихожу в ужас.
- Любуйся! Ты, наверное, также хотела?! Они тоже красивые девочки. Были.
Перед собой я вижу изувеченные тела молодых девушек. Цвет кожи, неестественные положения тел, всё говорит о том, что они мертвы.
- Что с ними случилось? – не своим голосом спрашиваю. Ком в горле мешает говорить.
- Так же как ты – потусоваться решили. Захотели с Трубициным подружиться. Веселый парень, да? – кивает на папку.
Ошеломленно столбенею. До меня доходит, наконец-то, причина его бурной реакции на мое пребывание тут.
- Это он их? – бормочу.
Мне дурно становится. Как же так?! Ничего такого и близко тут не происходило!
- Представь себе. Как думаешь, я очень обрадовался, тебя тут застав?! Что бы я сыну сказал, если бы с тобой что-то случилось? Блядь, Маш! Я в ужасе! Ещё и вырядилась не пойми как, чтобы точно этот ублюдок на тебя внимание обратил?!
- Я ведь не знала! – произношу сквозь слезы.
- Не легче от этого! – его низкий голос растекается по моему телу.
Я вспоминаю, как мы ругались. Бурно и со скандалами. А после мирились.
Мне его не хватает. Только его и не хватает.
Говорят, чтобы понять, насколько тебе человек дорог, нужно его потерять. Перестав общаться с мамой, я облегчение испытала. А Сережа…
По нему я, не переставая, тоскую. Вспоминаю наши дни. Нанизываю их на свою память, как на нитку – одно за другим. Их великое множество.
Судорожно вздыхаю.
И часа моей жизни не проходит, чтобы я о нем не вспоминала.
Не раздумывая, бросаю папку на капот рядом стоящей машины и подаюсь вперед. Тянусь ладонями к щекам Сережи. Мне так хочется к нему прикоснуться. Нестерпимо. Жизненно необходимо.
У нас с ним всё началось неправильно. Вернее, не у нас. У меня.
Поначалу я не о том думала, когда мы познакомились. Двигал мною лихорадочный интерес. Но всё изменилось очень быстро. Я втянулась в наше общение с головой и поняла – он особенный. В самом деле, особенный, так как Сафи и говорила.
Как бы меня совесть перед ней не грызла, я не жалею о своем поступке. Не жалею, потому что не могу без него.
Сережа обхватывает мои запястья и крепко сжимает их в своих ладонях. Электрический разряд через моё тело проходит. Он бьется током. Это его негодование рвется наружу.
Мне немного больно, но я продолжаю смотреть на него.
Ну же. Почувствуй! Я так хочу, чтобы ты меня обнял. Пожалуйста!
- Ты ведь это чувствуешь тоже? – шмыгаю носом. Слезы тут же прорываются и стекают по щекам. – Я знаю, что ты то же самое чувствуешь!
Он хочет меня отпустить и отойти в сторону, но я перехватываю его руку. И замираю.
Сережа очень горячий.
- Ты болеешь?
В этот раз он не успевает меня поймать, я прикасаюсь пальцами к его лбу.
Представляю, как мы со стороны выглядим. Наплевать.
- Маш, пожалуйста. Тебя домой отвезут. Отдельно допросим. Попозже. Посиди в машине, сейчас водитель придет.
Он отстраняется, словно ему неприятны мои прикосновения.
- Мне тебя не хватает. Очень, - признаюсь. Не к месту, но сил нет и дальше молчать. – Пожалуйста. Мне очень страшно. Обними меня, я тебя очень прошу.
Сергей
Сидя за барной стойкой, я в сотый раз пересчитываю бутылки, стоящие на стеллаже в паре метров от меня. Всё ещё надеюсь, что это избавит меня от собственных навязчивых мыслей.
Сколько нужно бухла, чтобы выветрить из моей головы весь стрем, что сейчас творит там черт- те что? Сдохну быстрее, чем столько.
За спиной веселится сотня людей, но от меня, я уверен, тоской веет.
В этот раз жизнь изменилась ещё более резко, чем в прошлый. Какой-то адовый коктейль чувств запустили мне в вены.
Когда после развода я говорил себе, что новые отношения мне не нужны – я был прав.
Я был к ним не готов.
Мы по-прежнему остаемся с Машей эмоционально завязанными. Отталкивать её с каждым разом становится всё тяжелее. Удерживает только понимание: нужно держаться от неё подальше. Так для нас обоих лучше будет.
Проблема заключается в то, что мы с ней на пике расстались. На момент нашего развода я любил её безумно. А было это всего несколько месяцев назад. Помню всё прекрасно. Как было больно. Как понять её не мог. Как раздражало её молчание и отсутствие доверия.
