Без тени над горизонтом полностью

Не могу сказать точно, сколько прошло лет. В этом вздрагивающем, иссохшем, сгорбленном теле я не сразу разглядела её. Наивные, без всякой надежды мы пытались спасти её душу, истязая собственные.

В Саудовской Аравии за распространение наркотиков публично обезглавливают. В Китае – пожизненное заключение и смертна казнь. Сколько стран ведут борьбу спасая свои народы, Объединенные Арабские Эмираты, Индонезия, Иран, Ирак, Египет Малайзия, Сингапур, Вьетнам, Таиланд, АОЭ, Южная Корея, Турции, Япония, Нигерия. На Филиппинах существуют «эскадроны смерти», которые преследуют наркодилеров и наркоманов.

Эту страшную войну мы проиграли.

Может прав доктор медицинских наук, известный астролог Сергей Дмитриевич Безбородный, говоря о том, что каждый раз, когда человек принимает наркотические вещества, получает наркоз душа, нехотя покидая тело. И путешествуя в иных мирах, испытывая состояние полета ей всё сложней возвращаться. Наступает момент времени, в котором она категорически отказывается вернуться. И когда у неё лопнет терпение, не знает никто. Обычный день, стандартная доза станут последними. Причина смерти «переутомление души», а не «передозировка» тела.

Я понимаю, что эти страницы, эти люди, на судьбу которых мы не можем повлиять, выходят, как сказали бы индусы за пределы нашей кармы. И они приходят в эту жизнь за своим собственным опытом, который нам не дано отменить.

Нам не дано стать для них ни светом, ни маяком. Они как сорвавшиеся со своих орбит стремительные метеориты несутся, неминуемо разрушаясь. Это их судьбы торчат в наших сердцах вечной занозой, не давая нам возможности забыться и успокоиться, превратившись в счастливого обывателя.

Черная Мария

Будущее – это то, навстречу чему каждый

из нас приближается со скоростью шестьдесят минут в час.

Клайв Стейплз Льюис

Степан Кузьмич открыл дверь собственным ключом, чтобы не беспокоить жену. В отдаленном аромате хвои на него тут же нахлынули гастрономические запахи почти уже готового холодца. Супруги Кошкины каждый год ставили и украшали ёлку. Сначала делая это для детей, потом для внуков. С годами они продолжали эту традицию, сперва по привычке, затем просто для радости бытия. Разноцветные огоньки на ёлке бежали, догоняя друг друга, приближая новогодний праздник. Степан Кузьмич сидел в кресле в полумраке комнаты, точно дед мороз, опоздавший на свою быструю тройку. Успеть в срок к новому году шансов у него не было практически никаких. Евдокия, наконец, обнаружила притихшего мужа.

– Степа, ты, что ж в темноте сидишь, задремал?

– Думаю, вот что бы делал дед мороз, если бы лишился своих лошадей?

– Велики думы, по-другому бы добрался.

– По какому по-другому? У него ничего нет, ни ковра самолета, ни даже на худой конец лыж каких-нибудь маломальских.

– Свистнул бы и всё.

– В каком смысле всё.

– Степ, давай мой руки, будем ужинать. Всё в том смысле, что все бы ждали, пока дед до нас доберется. Он же волшебник, чего нибудь сообразил бы.

Голос жены уже раздавался из кухни. Оно конечно, волшебникам проще простого. Свистнул и дело в шляпе. Степан Кузьмич включил свет и перед собой на журнальном столике увидел несколько тетрадных листочков, исписанных подчерком жены.

– Дунь, а что это ты тут пишешь такое? Черная Мария, кто это?

Жена вернулась в комнату, уже облаченная в передник. Сначала рассмеялась, а потом с серьезным видом отобрала исписанные листочки.

– Пойдем, там всё уже стынет. Это я конспектировала, чтоб ничего не перепутать. Я тебе сейчас всё расскажу.