— С Хендерсоном всё было иначе. Русские пытались воздействовать на него стандартными методами рэкета — через и угрозы и запугивания. Сейчас они действуют через похищение детей. Можно сказать, что в ситуации с Хендерсоном мы их опередили. Сейчас же, на опережение сработали они. Ну и ещё мне кажется, что сейчас мы столкнулись с другими русскими. Если на Хендерсона пыталась давить обычная шпана, быки… Ладно, не совсем обычная, но всё же. То тут реально в дело вступили верхушки — воры в законе. Они решают дела совсем иначе…
— Чёрт! Кажется, это всё и правда серьёзно… А у Джека правда не получится? Ну ты сказал, что его план дерьмо, — заглянула мне в глаза девушка.
— Я не говорил этого, — покачал я головой. — Просто он действуют слишком шаблонно, по военному. Скорее всего, русские это предусмотрели. У них тоже есть такие специалисты, и не мало. Сейчас, когда Союз распался, они нанимают их за горсть семечек.
— Fuck! Но это реально задница! Мы не можем обратиться ни в полицию, ни в ФБР… Как так? Мы же в своей стране! Мы в США! — рассержено произнесла Мишель, двери лифта распахнулись перед нами и мы вошли внутрь.
— Почему не можете? — пожал я плечами, нажав на кнопку двадцать пятого этажа. — Можете. И в стандартной ситуации так и следовало бы поступить. ФБР бы точно решило всё — для них организованная преступность, как красная тряпка для быка. Они взяли бы русских за горло очень быстро и профессионально, провели рейды, зачистки, показательные аресты. Но в данной ситуации ФБР — скорее угроза, а не помощь. У ФБР свои цели — не спасение детей, а ликвидация преступной сети. Они не станут рисковать агентами ради двух девочек. И это в какой-то степени правильно и логично. Каждый агент — это чей-то отец или чья-то мать. А твои кузины — это просто сопутствующий ущерб, допустимые потери…
— Fuck! — снова зло выругалась Мишель. — Мне поехать с тобой? К Джимми?
— Не нужно, — покачал я головой, дождавшись, пока юристка выйдет из лифта. — Я сам. Да и не уверен, что он будет при тебе откровенничать.
— Только без глупостей там! — нахмурив брови, строго произнесла моя начальница.
— Я постараюсь, босc… — усмехнулся я, вдавив кнопку подземного гаража…
В бар Джимми я приехал ближе к двум… И прождал его там почти три часа…
Интересно, где он шлялся всё это время? Обычно ведь всегда здесь торчит… Хотя, у него же ещё и склад есть, и мастерская… Ладно. Искать по всему Лос-Анджелесу я его не собирался, а никто из знакомых подсказать точное месторасположение владельца байкерского бара не мог — Джимми ни перед кем не отчитывался.
Поэтому я запасся терпением, сел за столик на веранде, заказал пиво с крекерами и принялся ждать…
Глава маленькой байкерской банды объявился в баре ближе к пяти, в обнимку с какой-то девицей, придерживая её за талию. Увидел меня, приветливо махнул рукой, набрал пива в бокал, шлёпнул девчонку по заднице и направился к моему столику.
— Привет, малой. По делу пришёл, или так… пива попить? — с шумом усевшись рядом со мной и сделав несколько жадных глотков, хмыкнул байкер.
— По делу, Джимми…
— Ну давай, говори. Я весь во внимании.
— Нужна информация по трём людям, — я проследил взглядом за меланхолично попивающим и смотрящим на океан байкером, подворовывающим солёные крекеры из моей тарелки, и осторожно продолжил: — Борис Иваньков — худой, метр восемьдесят, золотые зубы, лет сорок пять, лицо в оспинах. Игорь, Гарик… Фамилию не знаю. Перебитый нос, под глазом небольшой шрам. Лет тридцать. И Семён Могилевич — лет пятьдесят, молчаливый, хмурый, но, как мне кажется, старший в этой троице. Не знаешь таких?
— Русские? — удивлённо глянул на меня Джимми.
— Да.
— Где ты с ними пересёкся? Это по нашему делу?
— Нет, — покачал я головой. — Личное.
— Хм… Личное… Неожиданно, — хмыкнул байкер. — Не знал, что у тебя есть что-то личное с русскими.
— Так ты знаешь что-то о них или нет? — не сдержался я.
— Русские, говоришь?.. — Джимми тяжело вздохнул, потёр подбородок и посмотрел на меня. — Не знаю, но могу узнать… Но мне хотя бы примерно понимать, зачем это тебе?
— Помнишь юристку, которая тебе помогала?
— Блондиночку? — удивлённо хмыкнул бармен. — Такую забудешь!
— Русские похитили её кузин. Девочкам нет и десяти лет.
— Похитили… Хм… — нахмурился Джимми. — Неправильно это… Семён Могилевич, говоришь… — задумчиво пробормотал он.
— Угу.
— По кличке Сэм…
— Сэм? — удивился я. — Ты знаешь его?
— Знаю… Слышал…
— А минуту назад ты сказал — не знаю, но могу узнать… — заметил я.
— Минуту назад ты не говорил мне, для чего тебе эта информация.
— Хм… Справедливо, — признал я. — Так что ты ещё о нём знаешь?
— Что это какой-то крутой русский хер. Приехал к нам пару недель назад. Ходили слухи, что он прибыл наводить порядки по заданию своей… Сходки… Сходняка… Не знаю, что это значит.
— Я знаю.
— Да? — удивлённо посмотрел на меня Джимми.
— Да…
— Хм… Ясно.
— Что ещё?
— Слушай, брат… Это не наш уровень. Они играют в свою лигу, по своим правилам. Это серьёзные люди. Что-то типа главарей их мафии. С ними лучше не связываться и даже не смотреть в их сторону.
