Вернул Uzi их законным, слегка мёртвым, владельцам…
Протер свои «пальчики» с рукоятей. Оставил чужие, чтобы оружие не выглядело слишком «чистым»…
Подобрал обронённые на лестнице магазины…
Убрал всевозможные следы своего присутствия в доме…
Чёрт! Долго! Алекс, пошевеливайся!
Вытащил завёрнутый в брезент труп Гарика на улицу и закинул его в багажник.
Снова вернулся наверх и ещё раз окинул всё критическим взглядом…
Ну, если полиция будет искать — они точно что-то найдут. Капли крови, которые я наверняка пропустил, может, волосы… Будут вопросы… Но сомневаюсь, что русские привлекут полицию — это не по их «понятиям». Так что, шансы есть.
Ладно, пора сваливать. И так тут уже лишние полчаса торчу…
Я снова спустился на первый этаж и задумчиво замер напротив ворот второго гаража… Что меня насторожило? Почему такое чувство, будто я что-то забыл или упустил? Почему я ещё не за рулём Wrangler и не мчу по трассе как можно дальше отсюда?
Чёрт! Я знаю, почему!
Стенки гаража изнутри были точно, как на фото с девочками — из голого, нешлифованного кирпича. Идиот! Как я сразу этого не понял?! Дерьмо!
Я воровато огляделся, посмотрел на темнеющий слева холм и пустынное шоссе, идущее по нему серпантином, сделал шаг перёд и задумчиво подёргал огромный замок… Зачем закрывать ворота гаража на замок, когда у тебя в доме охрана? Причём, только одни ворота из двух? Хм…
Быстро, мысленно подгоняя себя, я нырнул в тёмное нутро смежного открытого гаража, нашёл там что-то похожее на ломик и вернулся обратно. Торопливо вскрыл замок и откинул ролетные ворота вверх…
Две пары перепуганных детских глазёнок уставились на меня из дальнего тёмного угла, словно я был монстром из самых страшных детских страшилок…
Дерьмо! Ах ты гнида, Гарик! И какого хера я ему вообще поверил? Идиот… Ладно, спишем на стресс… Я тут только что хладнокровно пять человек завалил, одного из них пытал, хоть и не долго, а потом нашёл две сумки с деньгами. Всё равно идиот! Дебил! Ладно… В следующий раз буду умнее.
— Привет! — усмехнулся я девочкам, всё ещё сжимая в руке короткий металлический прут, краем сознания понимая, что выгляжу сейчас не как спаситель, а как маньяк из американских фильмов ужасов.
Чёрт! И что мне с ними делать?
— Мия и Мари? — назвал я девочек по именам, стараясь сразу завоевать их доверие и расположить к себе.
— Я — Мия! — отозвалась младшая, и старшая тут же строго одёрнула её за руку, шикнув на сестру.
— Понятно. Значит ты — Мари? — сделал я логичный вывод, обратившись к старшей. — Пойдёмте со мной…
— А ты кто? — недоверчивым тоном произнесла девочка, не двинувшись с места и не выпуская ладонь младшей сестрёнки из своей руки.
— Меня послал ваш папа. Сказал, чтобы я забрал вас отсюда.
— Папа? — подозрительно произнесла Мари, поднимаясь со старого матраса и помогая сестре встать.
— Угу, — подтвердил я.
Девочки подошли ближе и без смущения, с солидной долей интереса, уставились на меня, смешно задрав головы вверх.
— А ты не врёшь? — прищурилась старшая.
— Зачем мне это? — пожал я плечами.
— Ну не знаю… Взрослые всегда врут.
— Я — нет.
— Хм…
— Вы тут как, кстати? — попытался я перевести тему. — Вас никто не обижал?
— Нет, — покачала Мари головой, не переставая с недоверием разглядывать меня. — Только кормили одними бургерами и колой. Мама говорит — это вредно. И держали в темноте…
— А мне понравилось, — усмехнулась младшая. — Только живот потом болел… — тут же нахмурилась она.
— Ладно, — вздохнул я. — Поехали к родителям, а то они наверняка волнуются… Вы, кстати, дорогу домой знаете?
— Нет… — одновременно отрицательно покачали девочки головами.
— А адрес?
— Нет…
— Чёрт! — тихо выругался я.
— С тебя доллар! — радостно объявила Мия, требовательно протянув руку в мою сторону.
— Доллар? За что?
— Папа говорит — ругаться нехорошо! И у нас принято за каждое плохое слово платить штраф.
Я похлопал по карманам, достал пять баксов и протянул их маленькой блондиночке.
— У меня нет сдачи… — разочарованно протянула девочка.
— Хм… Ну тогда я сейчас ещё на четыре доллара ругнусь. Так пойдёт?
— А разве так можно? — недоверчиво нахмурилась Мия.
— Взрослым можно… Дерьмо!
— О! — обрадовалась она. — Осталось три. Давай ещё!
— Да нет… Это я в том смысле, что не знаю, куда вас везти, — пояснил я. — О! А хотите, поедем к Мишель?
— Ты знаешь Мишель? — удивилась Мари.
— Ещё бы! — хмыкнул я. — Кто не знает строгую и беспощадную юристку Мишель?
— И ничего она не строгая! — недовольно посопела Мия. — Она хорошая!
— Ладно, может и хорошая, — не стал спорить я и чуть тише добавил: — Но иногда настоящая заноза в заднице…
— О! Осталось два доллара! — радостно просияла мелкая. — Давай ещё!
— Хм… Потом придумаю — сейчас что-то ничего на ум не приходит… Ладно, поехали…
— Мы с тобой не пойдём! — категоричным тоном заявила старшая, придержав дёрнувшуюся в мою сторону младшую сестрёнку.
— Почему это? — удивился я.
Я думал, мы установили контакт и убедились в наличии общих знакомых… Где-то я просчитался…
— Ну… Мы даже не знакомы, — пояснила девочка.
Хм… Действительно… Логика в этом есть.
