Переживает. За него. И это грело душу сильнее, чем утренний секс со Снежаной. Ее тело в его руках. Она принадлежит ему. Не сопротивляется.
А лишь отдается в его надежные руки…
- Парни успели его допросить, - произнес Герман, когда они зашли в спальню девушки. – Хочешь послушать? – достал из кармана диктофон и помахал у Снежаны перед носом.
- Хочу, - спокойно произнесла в ответ, но тут же дернулась.
А после и напряглась, как натянутая струна - пиликнул ее смартфон. Входящее смс.
Девушка медленно подняла испуганный взгляд на Полонского…
Снежана
Как же не вовремя мой ненаглядный друг смс прислал. Только он мог это сделать. Больше некому. И как теперь выпутываться из сложившейся ситуации?
- Не ответишь? – Герман кивнул в сторону смартфона, при этом лицо вдруг стало каменным.
Ни единой эмоции. Даже намека на то, что верит мне. Прямо как чувствует какую-то подставу. Только вот готова ли я именно сейчас к откровениям? Самой бы для начала разобраться, что происходит. Только вот пока с логикой у меня туговато – голова раскалывается от переизбытка информации. Точнее, каких-то обрывков.
Дата… Герман… Девочка маленькая… Друг, который почему-то в курсе всех моих дел. Раньше я этому не придавала значения, зато сейчас…
Но все равно с логикой по-прежнему туго – такую чушь несла в машине, что самой стало тошно. Может, рассказать все Герману? И он поможет мне разобраться в этой белиберде. По-другому назвать, увы, не получается, так как слишком уж все сумбурно.
И неправильно.
- Не отвечу, - спокойно, по крайней мере, пытаюсь именно так, отвечаю и замираю, не отводя взгляда от мужчины.
- Вольский? – не унимается Герман, а я в ответ мотаю головой из стороны в сторону.
- Этот всегда звонит.
- Секреты? – мужчина приподнимает одну бровь и даже пытается улыбнуться, только вот выходит довольно криво. – Или тайные поклонники достают?
Вряд ли поверит моим оправданиям, да я и не питаю надежды, что прямо сейчас бросится меня спасать. Если бы я услышала нечто подобное (а именно сейчас это прозвучит как самый настоящий бред), то послала бы к чертовой матери. А может, даже в дурку бы сдала – а что, прекрасное учебное пособие для психиатра.
Понять бы для начала самой от чего, точнее, от кого спасать-то меня надо. Вроде все спокойно, довольно ровно и без каких-либо изъянов, только… как-то неправильно.
“Голова трещит!” – мысленно пытаюсь успокоиться и хоть какой-то порядок в голове своей навести, но нифига не получается.
- Диктофон включать будешь? – перевожу разговор на другую тему, ожидая, что Полонский сейчас взорвется, но он, как ни странно, переключается.
Больше ни слова ни об смс, ни о тайнах Мадридского двора, которых, по сути, и нет. Даже о поклонниках ни словом больше не заикается. А у меня в голове откуда-то назойливая мысль:
“Герман не должен знать о друге!”
Только так и не могу найти ответа на вопрос – почему?
- Давай послушаем, - мой спутник ложится на бок, подпирает голову рукой, облокачиваясь на кровать, и нажимает кнопку.
- Кто приказал тебе стрелять в Германа Полонского? – грозный мужской голос, и, если я правильно понимаю, то одного их охранников.
- Не знаю.
- Врешь, падла!
По звукам трудно определить, но, скорее всего, удары. Герман спокоен, а я, наоборот, начинаю нервничать. Не оттого, что кто-то кого-то бьет.
Я боюсь услышать то, чего слышать не должна…
- Разговаривать будем? – снова голос охранника, и негромкое в ответ:
- Да.
- Повторяю вопрос: кто приказал стрелять в Германа Полонского?
- Я с ним лично не знаком.
- Как информацию получил?
- Через Интернет, сейчас многие так работают. Получил по электронке заказ, бабки на карту перевел.
Дальше киллер перечислял все то, что прислал ему неизвестный заказчик, а я слегка напряглась. Особенно после фразы:
- Он написал, что с девчонкой ничего не должно случиться.
- С ней?
Пауза, и, скорее всего, мое фото перед глазами киллера. Что-то здесь нечисто. Вообще не сходится, если учесть, что киллера нанял Вольский.
Ему-то какой резон оставлять меня в живых?
- Да, - парень отвечает спустя несколько секунд, а после и добавляет: - Он сказал, что девушка не должна сесть в машину, если я решу стрелять. Дождаться того момента, когда Полонский будет в машине один.
- И как ты к нему обращался?
- Никак. Просто на Вы…
Герман нажимает кнопку “стоп”, а я выдыхаю. Только сейчас понимаю, что все это время сидела в жутком напряжении. Практически не дышала. А сейчас как камень с души свалился.
- Это точно не Вольский, - я кривлюсь, глядя на Германа. – Этот бы меня в живых не оставил, - озвучиваю свою недавнюю мысль и даже усмехаюсь, поражаясь чужой “заботе”.
- Я тебе сразу говорил, что это не он.
- Тогда кто? – приподнимаю одну бровь, на что получаю довольно резкий ответ:
- То же самое у тебя хотел спросить.
Обалдеть! Других слов просто не могу подобрать, так я поражена. Не просто удивлена, а именно в каком-то полушоке нахожусь от умозаключений Германа.
- Я-то тут при чем?
