Странно думать о ней, как о человеке. Даже забавно, когда мы познакомились, я за смертную ее и приняла. Позже она успела в моих глазах побыть ведьмой, а потом и Лоа. И как ее не угнетает обретенная смертность? Не говоря уже о том, что она лишилась всех сил. Странно это. Хотя, может, через тысячу лет мне самой осточертеет быть вампиром. Кстати, помнится, Кай обещал достать еще одно лекарство. Определенно надо этим заняться, потому что, как бы не нравилось быть улучшенной версией первородного, выбор должен быть. Даже, не выбор, путь отхода. Я точно превращаюсь в кого-то похожего на Клауса. Параноик, старающийся все предусмотреть. Ну и плевать, такие живут дольше.
При встрече еретик радует хорошими новостями. Банк крови тут неплохой, ему удалось забрать шесть пакетов. Этого хватит на три дня, если не экономить. Отлично.
Находим счастливую мамашу и мелких в одной из спален. Встречают нас звонким смехом, ну это Барон. Бриджит же лишь кивает, снова погрузившись в книгу, которая едва ли не больше ее самой. Да, она читает. Даже спрашивать не буду.
Убираю кровь и бутылки в холодильник и выхожу на задний двор. Закуриваю впервые за двое суток, подумав, что через неделю эти дети и сами могут начать дымить. Просто голова кругом.
— Ты как? — тихо спрашивает Кай и садится напротив.
— Странно это все, — ухмыляюсь, — Вчера они еще в переносках лежали.
— А сейчас эта мелкая уже гримуар изучает, — качает головой, — А у пацана как будто шило в заднице.
— Представь, какой будет пубертат, — вздыхаю.
— Тяжелая нам предстоит неделя, — поднимает на меня глаза.
Не сдерживаюсь и хохочу. В голос. До слез. В какой-то момент понимаю, что не могу остановиться, и начинаю всхлипывать. Не улавливаю, как смех превращается в плачь. Стучу кулаком по столу, затем падаю на него головой и закрываю лицо руками. Кай гладит по макушке, ничего не говоря.
После истерики легче не становится. Прикуриваю новую и думаю, что по острову погуляю завтра. Пойду утром и буду идти, пока совсем не устану, а потом еще немного.
— Принести бутылку? — шепчет еретик.
— Выпьешь со мной? — скулю.
— А ты думала, это тебе одной? — усмехается, треплет по волосам и поднимается с места.
Оборачиваюсь, наблюдая, как заходит в дом. Как так повернулась моя жизнь, что единственной постоянной и стабильной ее составляющей стал Кай Паркер? Иногда вспоминаю, что вижу его не так, как весь остальной мир. Будто он только для меня настоящий, а для всех злодей. Даже обидно.
2-3 марта 2010
Открываю глаза, все не переставая радоваться тому, как хорошо тут высыпаюсь. Судя по звукам, точнее их отсутствию, дома никого, как и на заднем дворе.
Не спеша одеваюсь, выпиваю пакет с кровью и, прикурив на ходу, направляюсь к дальнему пляжу. Последние несколько дней шпана именно там и зависает.
Детство новых Лоа длилось дольше, чем мы ожидали, видимо, Изабель не так хорошо помнит, как все было в самом начале. Почти месяц нам пришлось нянчиться с бессмертными детишками, которые сами не осознавали, насколько могут быть опасны. За это время девочка изучила все гримуары, что тут хранятся, и начала почти с точностью предугадывать наши намерения. Да, мои планы ограничиваются выбором выпивки на вечер, но она старается. Пацан не отстал от нее. Книги ему быстро наскучили, так что перешел к практическим занятиям. И, если вначале Кая забавляло играть в школу волшебства с юным чародеем, сейчас их спарринги стали по-настоящему серьезными. Вчера они вернулись все в крови и в изрезанных лохмотьях вместо одежды, но довольные, как два щенка. Сегодня мне хочется на это посмотреть.
Видимо, иду слишком быстро, потому что внезапно начинаю улавливать голоса, хотя до места еще больше половины пути. Получается, я проснулась, как только они вышли.
Пробегаю какое-то расстояние на вампирской скорости и вновь прислушиваюсь. Да, они близко. Паркер хохочет, Барон подхватывает.
Ускоряюсь снова и налетаю на еретика, прыгая ему на спину.
— Опять без меня ушли, — оглядываю всех присутствующих.
Изабель, хихикая, переглядывается с Бриджит. Та, лишь пожимает плечами, мол она не при чем. На вид ей уже лет семнадцать. Лоа невероятно красива, словно созданная кем-то специально, а не рожденная человеком. Ростом примерно с меня, стройная и с идеальной осанкой. Каштановые прямые волосы, которые она сегодня не стала заплетать в косу, доходят до поясницы. Кожа, несмотря на вечное солнце, почти белая. Светло-голубые глаза могли бы светиться, если бы не один потрясающий изъян — левый зрачок примерно на четверть карий. Это называется гетерохромия, мы узнавали, когда это пятно появилось. В сочетании с хитрой улыбкой, создается впечатление, что она навела прицел и вот-вот выстрелит.
— Не урчи, — ухмыляется Паркер.
— Просто ты такая зараза, если тебя разбудить, — скалится Барон, склоняя голову на бок.
Спрыгиваю со спины Кая и даю нахалу подзатыльник. Тот высовывает язык и хихикает, даже не пытаясь уклониться, хотя мог бы.