— На ее стороне не было Лоа и двух улучшенных первородных, — почему-то снова улыбаюсь, но уже как-то ласково.
— Позвони, когда выясните, где он, — говорит Стефан и кивает, давая мне понять, что хочет обсудить все с друзьями наедине.
— Разумеется, — улыбаюсь ему, подмигиваю Деймону, что вновь скривился, и выхожу.
Пишет Кай. Они въехали в город.
— Не понимаю, злишься ты или напугана, — усмехается Паркер и поправляет зеркало заднего вида.
Мы едем уже пару часов, а меня так и не отпускает этот противный мандраж.
— Все вместе, — вздыхаю, — С ним сложно будет договориться.
Кай бросает на меня веселый взгляд и улыбается. Ничуть не переживает, как всегда.
— Если он не пойдет сам, притащим его силой, — подмигивает, — Мы вполне способны на это.
— Знаю, — опять эта картина в голове, как гибрида волокут на ритуал, вызывает какой-то детский восторг, — Просто я хотела по возможности не дать им понять, что мы новая версия первородных.
— А по мне, пусть знают и боятся, — он наигранно скалится.
— Те, кого они боятся, не живут слишком долго, — губы сами собой расплываются в ухмылке, хоть и стараюсь придать выражению серьезности, — Не надо недооценивать их паранойю.
— В любом случае времени на налаживание доверительных отношений у тебя не так много, — настукивает по рулю, кивая в такт какой-то песне в своей голове, — Привести его в город надо сегодня. Завтра уже ритуал.
— Да, — вновь вздыхаю.
Мы могли бы подождать, пока Клаус сам приедет в Мистик Фоллз, но в то полнолуние будет слишком много всего, да и жертвы уже готовы, а камень у нас, и неизвестно, долго ли Элайджа будет еще нам доверять. Или притворяться, что доверяет.
— Остановимся тут, мне надо сотворить заклинание поиска еще раз, — произносит еретик, как только мы пересекаем границу города, — В бардачке должна быть карта.
— Она в сумке, — тянусь на заднее сидение и достаю все, что нужно.
Вероятно, он знает, что его ищут, ведь на нем была магическая защита, которую Бриджит благополучно сняла. По ее словам, нам повезло, что мы используем кровь его брата, ведь с вещью это не сработало бы. И, если ведьма, наложившая на него скрывающие чары, достаточно сильна и опытна, она поняла, что сквозь барьер пробились. Скорее всего гибрид ждет нас и сразу будет настроен агрессивно.
— Он в центре, в баре, — произносит Кай без интонации и спешно сворачивает карту.
— Надо же, не в подземной сети пещер, странно, — хихикаю с собственной глупой шутки, наблюдая, как Паркер складывает все в сумку.
Лезть в машину не хочется, но, что странно, он и не спешит этого делать. Достает из-под своего сидения мешочек с двумя ампулами, полными чего-то серебристого и вязкого, протягивает одну мне, выпускает клыки и протыкает себе палец.
— Пару капель, — бросает на меня взгляд.
— Мне не понравится, да? — урчу недовольно, все же подчиняясь.
Кай не отвечает, что само по себе уже о многом говорит. Закрывает и встряхивает ампулы, затем отдает мне ту, в которой его кровь.
— За тебя, — подмигивает, растягиваясь в лисьей улыбке, и выпивает.
На вкус очень даже ничего, кисленько и чуть отдает мятой. И что это такое?
— У меня крылья вырастут? — верчу пустую колбочку в руке, закрываю и отдаю еретику.
— Не сопротивляйся, — кладет мне руки на виски, меняясь в лице, он не шутит, — Серьезно, Ринз, если придется прорываться, могу уйти глубже, чем надо, поверь, мы оба этого не хотим.
— Шамань, — вздыхаю.
Закрываю глаза и пытаюсь расслабиться, остановить внезапно начавшийся самоанализ и поток вопросов, нахлынувший, стоило только подумать о том, что его выходка ничуть не задела и не напугала. Когда-нибудь я доверяла хоть кому-то настолько безоговорочно? Это вообще нормально? В том смысле, что это похоже не на обычное доверие, а на какую-то почти религиозную веру. Такая заставляет людей массово покончить с собой или взорвать себя в метро. Самое странное, что это обоюдно, ведь он тоже никогда не спрашивает, если о чем-то прошу, просто делает. Интересно, он хоть раз задавался вопросом, почему так поступает?
— Нет, — Кай прерывает контакт и ласково улыбается мне, — Верить тебе на слово было моим решением, поэтому таких терзаний не было, — отходит на шаг назад и, склонив голову, усмехается, видя, как я в недоумении застыла на месте, — Ну давай, — взмахивает руками несколько раз в приманивающем жесте, — Можешь взорваться.
Поднимаю брови в растерянности, пытаясь понять, что чувствую, оглядываю его с ног до головы. Очень доволен собой, очень горд.
— Да, это была отличная идея, — подмигивает.
— Перестань, — пищу, смеюсь и закрываю лицо руками.
Открываю глаза, понимая, что он это не произнес, а подумал. Тот же голос, но не с его стороны, а в моей голове.
В норме. Но как фильтровать, что ты будешь слышать? Мне придется контролировать каждую мысль?
Смеется. Вслух.