— Что ты делаешь? — спрашивает ведьма, — сжимая руку.
— Тебя это вылечит, — протягиваю ей, — Если не хочешь стать вампиром, постарайся не умереть в течение пары дней, — не отстраняется, когда подхожу, но и не спешит приложиться к ране, — Давай, а то сейчас затянется.
Пересиливает себя и подчиняется.
— Гадость, — морщится, отходя на шаг.
— Зато все зажило, — подает голос Люсьен.
Проводит по коже, где был надрез.
— Спасибо, Джо, — улыбаюсь, — Правда.
Сваливаем на вампирской скорости. Вызываю такси через квартал от больницы.
Почему она помогла? Видимо, остались какие-то чувства к брату. Или решила, что лучше так, чем я возьму кровь насильно, поняла ведь, что просто так не уйду. Хорошо, что не пришлось быть по-настоящему грубой.
Теперь мы найдем жертву и вытащим тебя, Кай. Еще немного потерпи. Тебе понравится быть первородным еретиком, станешь самой опасной тварью на свете. Скорей бы увидеть.
11-12 января 2010
— Здравствуйте, не могли бы вы мне помочь? — обращаю на себя внимание пожилой женщины, что приценивается к овощам на прилавке.
— Конечно, — участливо улыбается она, — Что случилось? — прижимает к себе сумочку, переминаясь с ноги на ногу.
— Вы пойдете за мной и не будете задавать вопросов, — кивает, отлично, она не на вербене, — Не бойтесь, — сглатываю.
Прохожу через толпу, что скопилась на рынке, сомневаясь в каждом шаге. Я веду ее на убой. Бриджит указала на эту женщину, как на подходящую жертву для ритуала. Сначала во мне теплилась надежда, что, если удастся внушением заставить ее идти за мной, трудно не будет, но черта с два, все равно паршиво.
Странно, как работает совесть. Мы с Люсьеном убили кучу случайных людей, когда колесили по стране в поисках оборотня, и она молчала. Тот волк, он был ни в чем не виноват, но его лицо не приходило ко мне во снах, а эту добродушную старушку я, наверное, буду помнить до конца вечности.
Самое страшное, что все равно не передумаю. Вот так становятся монстрами?
— Дорогая, мы тебя заждались, — улыбается Лоа, стоит мне показаться.
Планируя это, решили выбрать склад недалеко от доков, чтобы не светиться в городе. На полу уже начертаны символы, сложены ингредиенты и расставлены свечи. Все готово.
— Решила дать вам время поворковать, — не улыбаюсь.
Трясу руками, пытаясь успокоить накатывающую истерику. Клубок внутри затягивается все сильнее и не дает толком дышать. Чуйка мучает со вчерашнего дня, заставляя нервничать и сомневаться, будто в последний момент все сорвется.
— Не волнуйся, Ринз, — утешающе мурлычет Люсьен, приманивая меня рукой, — Иди сюда.
— Слушайся ведьму, — приказываю женщине и отхожу к другу.
Встаю перед ним, прижимаясь спиной к груди, сосредотачиваюсь на размеренно бьющемся сердце. Спокойствие, как всегда, заразительно. Не расслабляюсь, но хотя бы перестаю еще сильнее себя накручивать.
Бриджит берет с пола чашу, приказывая жертве встать в центр круга. Выливает кровь Джо и добавляет какие-то травы. Начинает читать заклинание на неизвестном языке. Обычно это похоже на латынь, но сейчас все совсем не так, много шипящих и гортанных звуков, мало гласных.
Не сразу замечаю, что начинаю дрожать, а изо рта пар идет. Вцепляюсь в руку Люсьена.
Лоа заканчивает смешивать ингредиенты, начиная скорее напевать, чем проговаривать слова. Входит внутрь круга из символов и заставляет жертву выпить содержимое миски. Затем ставит ее на пол и подбирает нож. Перерезает горло одним движением, пачкаясь в крови. Тело падает на пол.
Поднимается ветер, а температура становится, наверное, ниже нуля.
Лоа прерывает заклинание, издав протяжный стон, и падает на колени, выгибаясь и запрокидывая голову. Закатывает глаза и хрипит, а потом отключается, падая рядом с жертвой.
В порыве делаю шаг вперед, но Касл останавливает, произнося что-то, чего не могу разобрать.
Все стихает через минуту. Медленно начинает теплеть.
Клубок внутри раскручивается так быстро, что едва не падаю.
— Что-то не так, — машу головой, не в силах оторвать взгляд от лежащей Бриджит, — Я что-то упустила. Чего-то не просчитала.
Он не отвечает. Гладит меня по плечу, проходя вперед и садясь на корточки рядом с чертой из символов.
Прислушиваюсь, находя среди звуков ее сердцебиение. Она жива, но сработал ли ритуал?
Лоа не издает стона или хрипа, когда просыпается, просто открывает глаза. Встает. Отряхивается и смотрит на меня, игнорируя присутствие Люсьена, который поднимается вместе с ней.
— Получилось, — произносит как-то нерадостно.
— И где он? — шепчу, понимая, что будет подвох. Слишком серьезен ее взгляд.
— Уже не у Када, — говорит все так же нарочито спокойно, как с террористом, что держит руку на пульте.
— Где он? — повторяю тихо, прикидывая, сердце или горло.
Касл отходит на пару шагов, смотря поочередно на нас обеих.
— Ринз, без резких.
— Выберется ли он в этот мир, зависит только от него, — произносит Лоа.
Сердце.
Срываюсь с места так быстро, что едва успеваю осознать это. Пробиваю ей грудную клетку, второй рукой беру за горло.