Всё продаётся и всё покупается, всё подчиняется законам приличия или похоти, — в таком мире живёт Мицуру, испорченный своенравный наследник богатой семьи. Всё, кроме настоящей любви.
====== Глава 1 ======
Даже самая потрясающая новость не имеет значения, если не с кем ей поделиться. Для человека-невидимки это просто невозможно, не стоит и пытаться. Ничего сверхъестественного, разумеется, но если живёшь в долг, то непроизвольно чувствуешь себя именно так: я невидимка практически для всех обитателей этого дома, за редким исключением на меня никто не обращает внимания. Временами я всё-таки пытаюсь, но это ни к чему не приводит.
Я смотрю на спину отца, пальцы которого быстро перебегают по клавишам компьютера. Его совершенно не волнует, о чём я говорю. Он только механически соглашается с каждой фразой, после которой наступает пауза.
— Я сессию завалил.
— Да.
— И никакой пересдачи на этот раз.
— В самом деле.
— А ещё я, кажется, триппер подхватил.
— Конечно.
И что бы такого сказать, чтобы он на меня хотя бы раз обратил внимание? Последняя попытка, которая непременно должна сработать:
— А ещё от меня подружка залетела.
— Что?! — Отец тут же поворачивается ко мне. — Кто она? Немедленно устраиваем её на аборт. Ещё не хватало, чтобы ты повторил судьбу своей непутёвой мамаши!
Я — один из скелетов в шкафу этого семейства. Он не отец мне, а дед. Усыновил меня, чтобы избежать скандала: моя мать (его дочь) забеременела ещё в школе и скрывала беременность до тех пор, пока не стало поздно делать аборт, так что ему пришлось. Теперь официально я являюсь младшим (восьмым) сыном магната Тораямы, а мать где-то за границей, куда дед выслал её немедленно после родов. Видеться со мной он ей запретил, а про отца я вообще ничего не знаю.
Жаловаться мне не на что. Идеальный избалованный наследник многомиллионного состояния — вот что обо мне думают окружающие, не посвящённые в семейные дела. Я учусь в элитной академии, куда не так-то просто попасть даже со связями, мне гарантировано поступление в один из самых престижных университетов страны. У меня есть всё, о чём простые люди только мечтают, даже личный шофёр. Хоть я и не могу претендовать на наследство (есть ведь и прямые наследники, а я так, с боку припёка), дед ясно дал понять, что безбедное существование мне обеспечено, раз уж он дал мне свою фамилию.
И вот он вопит, вопит, вопит на меня… Не такого внимания мне от него хотелось. Так что я говорю:
— Да ладно, я пошутил. У меня и подружки-то нет: в академии одни парни, ты же знаешь. Я просто хотел, чтобы ты поговорил со мной.
Выяснив, что опасность роду и репутации Тораямы не угрожает, отец тут же теряет ко мне интерес. Он отворачивается, машет рукой в сторону двери и говорит:
— Не отвлекай меня, я занят. Если нужны деньги, можешь взять в сейфе. Код знаешь.
Я со вздохом подхожу к сейфу, набираю код и достаю оттуда приличную пачку денег. Можно не церемониться, их тут всё равно никто не считает.
— Ну, я пошёл?
— …
Да уж…
Вот так я и живу. У меня есть всё. Всё, кроме семьи.
Бессмысленно оставаться здесь, так что я кладу деньги в карман и отправляюсь восвояси, насвистывая и размышляя, на что потратить нежданную наличность.
Если я начинаю свистеть, обычно появляется Чизуо (мой старший брат, а вернее — дядя, первый сын деда) и начинает меня отчитывать. Например:
— Что ты выдумал! Не свисти, это неприлично.
— Ну извини, — говорю я, но ни капли не сожалею: если это ещё один способ привлечь внимание, то я и попой мелодии насвистывать готов.
— И никаких «ну»! — Он так похож на своего отца, что мне начинает казаться, будто это дед меня отчитывает. — В обществе, частью которого ты являешься… — Бла-бла-бла.
Я делаю вид, что слушаю. Чизуо любит морализировать. Он безупречен во всех отношениях, но я не понимаю, к чему быть таким сухарём. Почему бы немного не расслабиться? Но вслух я, конечно, такого не скажу: это вылилось бы в новую тираду нотаций. Так что я покорно киваю:
— Я приму это к сведению.
Чизуо тут же успокаивается, полагая, что я внял его советам, напоследок делает мне замечание насчёт спущенных гольфов и удаляется к себе в комнату. Я вздыхаю и подтягиваю гольфы, потому что если мне встретится Акира (второй сын деда), то ситуация повторится с угрожающей точностью: он такой же зануда, что и Чизуо, только непременно упомянет, что я тут на птичьих правах, и мне не стоит выпендриваться лишний раз.
И вот тут кто-то хватает меня и тащит куда-то. Это Ки-Таро (младший сын деда, у нас разница всего несколько лет). Он единственный, кто уделяет мне внимание. Правда, его внимание несколько иного толка.
— Опять тебе прилетело? — весело спрашивает он, кидая меня на софу в своей комнате.
Я только пожимаю плечами, глядя на его смеющееся лицо. Он не слишком церемонится со мной. Презерватив, в который затянут его член, тихонько поскрипывает, софа тоже. Ки-Таро придерживает меня за колено и вращает бёдрами, торопливо вталкивая в меня член. Его лицо сразу же становится красным (наверное, у него от секса подскакивает давление), и это представляет странный контраст с его высветленными волосами. И он трахает, трахает, трахает меня, пока не выдохнется.
