— Наверно думали, что пленные побегут в лагерь беженцев. Не думаю, чтобы духи ждали нападения именно с этой стороны, — пробурчал Виктор, устанавливая пулемет стволом в сторону плаца, где продолжался вечерний намаз, сопровождаемый воплями муллы. — Грехи суки отмаливают, ну да ладно, мы вам сейчас все простим, — усмехнулся он, укладываясь у пулемета поудобнее. Я вам покажу, как трахать наших ребят, суки…
Вот сейчас другое дело, — удовлетворенно хмыкнул он, рассматривая плац через прицельную планку. — Косить можно за милую душу. — И повернув голову, к Федорову, спросил: «Слушай, Коля, ты же говорил, что заканчивал учебку. А чего ж, рядовой. Или ты темнил тогда, рассказывая о себе?»
— Да нет, не темнил, — Федоров согнув указательный палец, убрал с глаза набежавшую слезу. — Просто у меня репутация хреновая была. Имел несколько взысканий от самого командира батальона. В часть — то я прибыл сержантом. А вот в плен попал уже рядовым…
— Разжаловали? За что? — покосился на Федорова Виктор.
— За неправильное отдание чести старшему по званию, — ухмыльнулся Федоров.
— А если честно?
— А если честно? За употребление спиртных напитков…
Со стороны лестницы послышалась возня.
Виктор выхватил нож и молнией бросился туда, а уже через мгновение, облегченно вздохнул. Показалась голова Недавибабы, и лежащий на левом плече, поддерживаемый рукой, патронный ящик. За ним сразу появился Исломутдин, на одном плече, которого висел автомат, на другом гранатомет и нагрудник с магазинами для автомата. Троицу замыкал Трукшин, который нес автомат, гранатомет и несколько к нему выстрелов.
— Ну вот, довольно улыбнулся Федоров, — помогая Недавибабе снять с плеча ящик с патронами, — а мы с Виктором переживали, что воевать нечем.
— Это уж точно, — согласился тот, принимая от Исломуттдина автомат с гранатометом, и пояс с магазинами.
— Ой, ребята, — вдруг схватился за живот Исломутдин, — живот…. — и, согнувшись, устремился к лестнице.
— Медвежья болезнь, — хохотнул Трукшин, укладывая рядом с ящиком с патронами гранатомет и несколько к нему выстрелов.
С невразумительным возгласом, из которого остолбеневшие друзья поняли лишь: «Ах ты, сука!» — Недавибаба бросился к лестнице, и резко у самого края крыши, остановился, смотря вниз.
— Перехитрил, гад. — Расстроено произнес он, и со злобой добавил: «Ушел таки, сука…»
— Ну, Витя, готовься к бою, — посмотрел он на Богданова. — Исломутдин убежал к духам. — И бросившись к лестнице, крикнул Трукшину: «Саня, оставайся здесь. А я на склад, нужно срочно предупредить Николая!»
На склад ворвался запыхавшийся Недавибаба.
— Сбег, сука! — прохрипел он, с трудом переводя дыхание.
— Кто?! Исломутдин?! — Николай смотрел с перекошенным от ярости лицом.
— Он, курва. Только влезли на крышу, сразу за живот схватился: «Болит, — говорит, — не могу», и скатился вниз по лестнице. Пока я опомнился, его уже след простыл.
— Вот, черт, — скрипнул зубами Николай. — Надо было этого гада давно прикончить. Ну, а теперь надо ждать, какие действия будут предпринимать духи — или пойдут на переговоры, или сразу полезут в атаку.
— У них оружия-то нет ни хрена, — бросил реплику Недавибаба, — досылая патрон в патронник автомата, — оно все здесь, на складе…
— Они вызовут свою гвардию. Моммад говорил, что полк этот дислоцируется всего в пяти километрах от нас. А для бэтээров и грузовиков, это не расстояние.
— Ну, все, — Николай обвел всей взглядом. Как бы не было хреново, но обстановка немного поменялась и в нашу пользу. — Поймав, недоуменный взгляд Михаила, — пояснил: «На крышу есть лаз изнутри. Он там, в углу, сразу за стеллажами со стингерами. Там мы обнаружили еще и ящики с пластидом».
— А теперь, ребята, за работу, — поторопил он всех. — Ты, Миша, закрой двери склада изнутри, а потом все полезем на крышу, оборудовать позицию. Скоро они начнут. Сейчас, главное успеть побольше оружия и боеприпасов вынести на верх, да и электроэнергию, хотя бы не вырубили. — Он поднял голову к потолку, на котором висела, тускло светящая электрическая лампочка.
В дальнем углу склада, сразу за ящиками с пластидом, к потолку шла металлическая лестница. Лестница упиралась в небольшой люк, закрытый на амбарный замок. Николай взял в руки монтировку, которая применялась для открытия ящиков, и полез наверх. Скрежет металла, и замок, стукаясь о ящики, полетел вниз. Только приподнял крышку и высунулся из люка, сразу увидел перед собой два автоматных зрачка и изумленные лица Федорова и Трукшина.
Оказывается, услышав в дальнем углу крыши неясные звуки, Виктор послал туда своих помощников. И только теперь, придя в себя от короткого замешательства, они радостно помогали выбираться из люка своим товарищам.
