С одной стороны, ему нравилось быть писателем. Порой он не мог остановиться до глубокой ночи, корпел, правил, и за последние месяцы его книга существенно продвинулась вперед. Стихи были детской забавой, к ним он никогда не относился серьезно (во всяком случае, так ему нынче казалось), а роман – это по-взрослому. Он Создатель. Он Бог. Конечно, трудно быть Богом, но и приятно. Чувствуя ответственность за созданный мир, ты не хочешь его гибели. Стоит схалтурить, расслабиться, и получается не реальность, а ее искусственное подобие. Понравилось бы тебе говорить на языке примитивного чтива или делать что-то надуманное и неестественное?
С другой стороны, он не был уверен в качестве результата и, признаться честно, стеснялся своего хобби. Он никому не рассказывал о нем, словно это было нечто постыдное, и долго раздумывал, стоит ли показывать кому-то рукопись, тем более не оконченную. Иной раз он был почти готов сделать последний шаг, но что-то его останавливало.
Наконец он решился.
Это будет сегодня. Сегодня он покажет рукопись Лене.
Почему ей? Потому что он пока не готов поделиться с Олей этим секретом. Возможно, она не поймет его и посчитает его занятие чудачеством и графоманией. Конечно, она не скажет это вслух, чтобы его не обидеть, но подумает. А Лена поймет, Лена другая. Она с интересом прочтет и поделится с ним своим мнением, которому он доверяет. Он готов к критике. Если что-то не так, она что-нибудь посоветует.
Сегодня он сделает шаг в бездну, чтобы сразиться там с одним из своих многочисленных демонов.
