ДЗИ-ИИИИИИИИИИИИИИИНЬ!
Звонок на урок.
Седая бабуля в каморке жмет костистым артритным пальцем на кнопку.
Звук вкручивается прямо в мозг, его не остановишь, от него не сбежишь, он как безжалостная бор-машина, – и так помногу раз в день: месяц за месяцем, год за годом, десятилетие за десятилетием.
Однажды он услышит его в последний раз.Она избавлялась от лишних бумаг, имеющих свойство накапливаться и захватывать жилплощадь владельца. Держась группками, в кучках и стопках, они мешают ему, множатся, но до поры до времени это сходит им с рук, так как у него нет времени или ему лень. Только по достижении критической массы он начинает действовать, быстро и беспощадно. Дело спорится. Хищно лязгая зубьями, шредер требует пищи, в своем вечном, неутолимом голоде, и так приятно кормить его и чувствовать страсть, с которой он делает свое дело.
Под занавес действа дверь кабинета открылась и вошел гость.
– Ольга Владимировна, к вам можно?
Она обернулась на звук голоса:
– Привет!
– Привет, привет! Как ты тут без меня? Не скучаешь, некогда?
– Скучаю, Геночка. Очень. Ты не представляешь как!
Он сел.
– Как там в столице? – спросила она.
– Дождь и грязь. И все москвичи бегут куда-то как оглоушенные. Я бы не хотел жить там ни за какие коврижки.
– Даже за очень-очень большие?
– ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ?
– Да.
– В таком случае я бы подумал. А теперь расскажи-ка, как у нас тут житие-бытие в провинции.
– Кофе будешь?
– Спасибо, да.
Она попросила Оксану приготовить два кофе со сливками.
– Компьютеры чистые? – спросил он.
– Дима залил все на внешний диск и почистил винчестеры.
– Диск в банке?
– Да.
– Отлично. Теперь надо браться за заказчиков и исполнителей маски-шоу. Заказчик Барыш, как я и думал. У него двоюродный брат в Центральной налоговой, в отделе документальных проверок.
– Откуда инфа?
– От Усачева. Это крестный моего двоюродного брата. Он раньше трудился в службе собственной безопасности полиции, а до этого двадцать лет в угрозыске. Сейчас на пенсии. Подполковник. Он сказал, что если это заказ, то они возбудят дело, чтобы пугать нас СИЗО. Стандартная практика. Так что наша задача – накинуть на них намордник, пока они нас не загрызли.
– Может, это все-таки плановая проверка? Нас в последний раз проверяли в девяносто седьмом.
– Зачем тогда маски-шоу?
– У них тоже свой план.
– Нет, Оленька, это Барыш. Мы встречались с ним в прошлом году и он грозился, образно выражаясь, не оставить от нас мокрого места. Нецензурные выражения я здесь опускаю, их было много.
– Ты мне не рассказывал.
– Берег твои нервы.
– Спасибо.
Олеся принесла кофе.
– Добрый день, Геннадий Владимирович! Как-то вы прошли, а я не заметила!
– Здравствуй, здравствуй, милая! Как так? Ты наш последний оплот, смотри в оба.
Он обратился к Ольге:
– Не пора ли вооружаться? Для начала купим Олесе «калаш», чтобы тебя охраняла и отстреливала недругов. Уже первый кандидат есть. Олеся, автомат хочешь?
– Очень.
Он рассмеялся.
– Ольга Владимировна, выдайте, пожалуйста, Олесе денежные средства на приобретение автомата и переведите ее на штатную должность киллера.
Он сделал глоток кофе.
– Какая у нас хозяюшка! Кофе очень вкусный.
– Это кофе-машина, – сказала Олеся.
– Ах да! Я и забыл! Машинка за тысячу баксов. Народ теперь, наверное, только и делает, что пьет кофе?
– Геннадий Владимирович, нам некогда. Мы же работаем! – Она подыгрывала ему с детской невинностью.
– Стахановцы?
– Да!
– Так держать!
Она улыбнулась и вышла, а он встал у окна с чашкой кофе.
– Ну вот, хоть немного расслабились. А то все о грустном да о грустном. Как думаешь, не пойти ли нам пообедать?
– Я за.
– Отлично. Там поболтаем. Угощу тебя чем-нибудь вкусненьким.
– Не поверишь, но я мечтаю о жареной картошке с грибами.
– Вопросов нет. Сделаем.
Допив кофе, они вышли.
Красин, который шел первым, открыл дверь и, придерживая ее одной рукой, другой сделал широкий пригласительный жест:
– Прошу вас, Ольга Владимировна! Картошка с грибами ждут вас!
– Ура!
…
