Синий вихрь, который я, казалось, закрыл, снова медленно проявился в детском теле. Но почему? Почему с Нанако у меня получилось закрыть его перманентно, а здесь — такие проблемы?
«Э-этот просто не закрыть...»
Да, действительно...
Хм.
...Возможно, дело было в том, как трещинка, собственно, образовалась. С Нанако вообще было странно, потому что появилась она внезапно, и ей, как мне кажется, не предшествовало никакое сильное эмоциональное потрясение. Возможно, именно таинственный фантом проделал то отверстие. Поэтому его получилось так просто закрыть.
Можно представить себе своеобразную трещину в плотине. Пока через неё хлещет вода, заделать её не получится. Если же закрыть её хотя бы на некоторое время, строители сделают своё дело и заделают брешь. Именно это и произошло с Нанако.
С ребёнком было сложнее. Эту плотину привели в такую негодность, что починить себя своими силами она была уже не в состоянии.
Что же это получается, мне придётся «ликвидировать» младенца? Я усмехнулся и покачал головой. В последнее время вселенная так и норовит поставить меня перед моральной дилеммой. Сперва Таня, затем девочка, теперь это... Как будто намеренно.
А может и не «как будто». Больно подозрительно, что в двух из трёх случаев был замечен неизвестный фантом...
Впрочем, всё это так, корень проблемы — прямо сейчас мне следовало подобрать её ядовитые плоды.
Самое неприятное, что даже если мне удастся закрыть трещину без ликвидации, потом придётся что-нибудь сделать с девушкой, Киёко. Она была безумной. Или идейной, что, в общем-то, одно и то же. Вдруг, понимая, что план её провалился, она решит отравиться? Мне нужно будет сдать её властям, но, если они узнают, что она собиралась сделать, их подозрения немедленно падут на ребёнка. Проверить его с помощью теста в утробе они не смогут. Останется единственный вариант: ликвидация. Ради безопасности всего человечества...
Мои мысли ходили по кругу. Время от времени двери туалета открывались и закрывались. Место было оживлённое. Чтобы никто не заметил моих серых и длинных как лыжи ног, я осторожно забрался на колени Киёко и, стараясь удержаться, положил руки на её живот. Он был круглым, тёплым, мягким. Живая бомба, подумалось мне. Бомба, но всё-таки живая...
Пока я старался удобнее устроиться, моя нога опустилась на что-то холодное. Я опустил голову и увидел, что это были наручные часы... Стоп. Сколько сейчас времени? Я присмотрелся и вздрогнул: 11:26! Трибунал начнётся через девять минут!
Проклятье, сама Ямато никогда с этим не справится... Не то чтобы я был о ней дурного мнения, но что-то мне подсказывало, что она и двух слов связать не сможет в свою защиту. Пора спешить.
Я посмотрел на Киёко, стиснул зубы и прошептал заклятие. Вокруг девушки вспыхнула золотистая корочка. Затем я проверил, чтобы дверь кабинки точно была закрыта, и вздохнул.
И снова я повторяю свою ошибку с Нанако... Ничего не поделаешь. Я никогда не был робким человеком, если принимал решение, принимал его сразу, но сейчас мне нужно было немного времени, чтобы подумать и найти
После этого я мимолётно вернулся в тело младенца, отозвал фамильяра, — сделать это было несложно, ибо между нами сохранилась незримая связь, — и бросился бежать.
Ноги сами несли меня через туманные коридоры. Глаза то и дело опускались на компас. Стоило мне вернуться в камеру и облачиться в тело Ямато, как стальная дверь приоткрылась, и зашёл вооруженный солдат.
— На выход, — сказал он грубым голосом.
— Иду, иду, — я поднялся, разминая немного затёкшее тело. В коридоре меня встретило ещё несколько солдат. Прямо целый конвой.
Они провели меня по лестнице, затем по другой, и наконец я смог в деталях рассмотреть коридоры, которые прежде были сокрыты туманной пеленой. И надо сказать, они были довольно уютными. Стены хотя и были сделаны из толстого бетона, находились на приличном расстоянии друг от друга, отчего залы и переходы между ними казались просторными. На потолке сияли ослепительные лампы. Было ярко, как при свете дня. В уголках стояли горшочки с фикусами, кактусами и прочими офисными растениями. Была здесь и другая необходимая составляющая офиса: люди.
34. суд
Я замечал это и раньше, когда бродил среди тумана, но только теперь понял, насколько оживлённое это было место: все ходили, везли документы на тележках и тащили закрытые чемоданы. По дороге нам встречались офисные работники в белых рубашках, инженеры и военные.
Наш конвой привлёк некоторое внимание. Люди смотрели на меня краем глаза, как будто опасаясь глянуть напрямую.
Забавно... Таким же образом на Стражей поглядывали школьники.
Наша процессия втиснулась в лифт и поехала наверх.
Интересно, думал я, наблюдая, как кнопки с цифрами этажей зажигаются одна за другой, как вообще устроено это место? Насколько целесообразно проводить трибунал наверху? И кто именно собирается на нём присутствовать? Записка Киёко упоминала важную шишку... Кто бы это мог быть?
