Бездна, полная звёзд полностью

 — Как её родственники только терпят?

 — Она сирота. Родители Торкс были из промышленной зоны, погибли во время взрыва в энергетическом блоке. Ей тогда и четырёх не было. Тебе придётся с ней нелегко.

 — Конечно, ведь она надеялась, что я не выживу на Оке.

 — Опять ты за своё! Это была случайность, пойми уже!  — сказала она, а поом добавила спокойным тоном:  — Я так боюсь не увидеть тебя больше!

Я опять её обнял и попытался утешить. Но внутри меня зародилось нехорошее предчувствие.

***

Мне показалось, что время пронеслось, словно один вздох. Ева долго ждала, пока высохнут её глаза, полные слёз, пуховкой поправляла потёкшую тушь. Но больше тянуть мы не могли.

В здании стояла подозрительная тишина, которая била по нервам и заставляла быть готовым к самому худшему.

Второй этаж - копия первого. Те же малахитовые двери, чёрная нефтяная жила на стенах, хаотично извивающаяся, словно большая анаконда. Только на этот раз Ева подвела меня к правой двери. Та не двигалась. Я настолько привык, что при приближении преграда отъезжают в сторону, что стоял и недоумевал, что же мне делать дальше. “Сломалась”, – злорадно подметил я.

 — Мне точно сюда?

 — Не знаю. Здесь всё неточно. Там может быть всё что угодно. Но тебя ждут, – Ева одобряюще погладила меня по спине.

Я протянул руку, желая убедиться в реальности увиденного. Дверь мгновенно отскочила в сторону, как живое существо от огня. Непроглядная тихая темнота взирала на меня оттуда. Я оглянулся на Еву с немым вопросом, но она сама была растерянна. Я понимал, что надо идти вперёд, чтобы там меня не ждало! Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, как перед прыжком в воду, я шагнул в неизвестность.

Донёсся шипящий звук, я инстинктивнопопятился, но темнота плотно облепила со всех сторон. Повернувшись, я вытянул руки в попытке нащупать какой-нибудь ориентир. Тщетно. Быстрым шагом, шаря перед собой руками, чтобы не наткнуться на невидимые предметы, я продвигался, сам не знаю куда. В голове пульсировала кровь, было жарко, лёгкие были готовы разорваться от наполнившего их воздуха, но я целенаправленно шёл. Где-то там таился выход. Я наткнулся на стену, руки ощупали гладкую холодную поверхность. И с облегчением выдохнул.

Я сразу понял свою ошибку, но было слишком поздно. Сладкий воздух с ароматом ванили ворвался в горло, бронхи, лёгкие, альвеолы, и понёсся далее с током крови. “Так просто”, – успел подумать я. И темнота растворила то немногое, что ещё от меня осталось - сознание.

***

Я очутился в спальне своей прежней квартиры. Там, где заснул тысячу лет назад. Вернее было бы сказать, заснул Дмитрий Максимович Иллионов, преподаватель информатики. Наглотался снотворного и решил свести счёты с реальностью. Ему это удалось.

Часы показывали без пяти пять. За окном светлело, несмотря на ранний час и открытую балконную дверь стояла духота, витал сладковатый запах тлена. Я спокойно стоял в ногах спящего, моё тело лежало на спине, как неживое. Лицо было спокойным, будто я глубоко заснул. Пустой стакан валялся рядом с кроватью на полу.

Я смотрел на себя с отвращением. Может, это была игра теней, но в сумраке рассвета, пробивающегося сквозь занавески, лицо спящего выглядело точь-в-точь, как у покойника! Я отступил назад, к окну, не сводя глаз с собственного тела, словно боялся, что оно сейчас встанет и набросится. Усилием воли перевёл взгляд на свои руки, они казались почти прозрачными и неестественно белыми.

Глупости! Я ущипнул себя, боль пробежала по руке до кончиков пальцев и затихла. Я был жив. Но кто или что тогда лежало там, на кровати? Возможно, голограмма!

Тикали часы на кухне. Я хотел пить, но не решался пройти мимо лежащего себя. Особенно повернуться спиной, чтобы открыть дверь в коридор. И что ждало бы меня там? Существует ли кухня? Дурацкая привычка: не ставить стакан воды рядом с кроватью!

Как ни странно, но я был уверен, что должен подойти и дотронуться до руки спящего, лежащей вдоль тела. Всё существо кричало: “Не делай этого!” Я пробовал почувствовать, если не симпатию к сброшенной оболочке, так хоть жалость. Но напрасно: не было ничего, кроме липкого и холодного отвращения!

Я застыл на месте, возле балконной двери. Сквозь приоткрытую щель, робко заглядывало лето. Я моргал, щипал себя, хлопал по щекам - ничего. А оно всё лежало, словно издевалось! Время упрямо застыло на цифрах: «04:55». Хотелось выйти на свежий воздух, но знал, что не покину комнату, пока не сделаю то, чего от меня ждали. Просто на секунду дотронуться до руки спящего!

Никто не придёт меня спасать. В какой-то момент я осознал: сейчас встану, коснусь его кисти, и Эллион исчезнет в дымке сновидений. Не хочу, не желаю! Но есть ли у меня другой выход? А если ничего не делать? Просто сидеть и ждать? Сколько выдержу: день, два дня, неделю, год? Часы показывали «04:55». «Время работает против тебя»  — всплыла в голове фраза из пророчества.

Стоп! Азиатка дала мне телескоп. «Ответ там, в звёздной пустоте». Но в этой комнате нет звёзд. Для верности я взглянул наверх: обычный потолок. Попытка выйти на балкон провалилась: невидимая преграда не пускала.