Элцы же, Лина, Айк и даже окрепший на тех съеденных бобах Халаш по очереди поднимались по верёвке к мечу, где их по одному забирал Крам, унося на вершину уступа. Только Вея — хотя, у меня есть подозрения, что девчонка со страха недооценила свои силы — проделала весь путь по воздуху.
Уложилась вся операция в пару часов, что позволило скрыть от людей информацию про идущих за нами хортов. Когда мы уходили от водопада, те так и не появились из-за изгиба ущелья. Крам выжат досуха — ближайшую неделю ему не летать — но сохранение пяти боевых единиц, также исполняющих по совместительству важную роль носильщиков, того стоило.
Впрочем, дар порожника мы бы израсходовали на этом подъёме и без реализации плана Китара, так что, спасибо мальчишке — его идея принесла ощутимую пользу. И как я сам не увидел такого простого решения… Позор. Однозначно позор.
Встав на задние лапы, медведь взревел так, что, не выйди мы из ущелья, можно было бы испугаться обвала. Но склоны долины довольно пологи и успели прилично отодвинуться от реки, вдоль которой мы топаем. Здоровый… Две сажени в нём точно есть. Такого на копья поднять будет сложно. От стрел и мечей и вообще толку нет в бою с таким чудищем. Вот только не знает зверюга, что весь дар я на дырку в скале не спустил. Ещё пара секунд есть в запасе — мишке хватит.
— Назад все!
Ло здесь мне не нужен. Изгнал беса сразу, как косолапый выскочил на нас из кустов, которые в изобилии растут у реки в этой части долины. Иди сюда, мишка.
Зверь бросился. Взмах рукой — и отпрыгиваю назад, чтобы лишившаяся мохнатой башки огроменная туша не рухнула на меня.
— Медвежатина вкусная, — подал голос Крам. — Всё равно вскрывать будешь. Предлагаю, чтобы не тратить запасы, сегодня поужинать этим.
Я уже вернул Ло — пусть решает. Так-то место неплохое для лагеря. И обзор вроде есть, и укрыться от хищной птицы в кустах — а то кружат над головой, то ли орлы, то ли ещё кто из их пернатой родни — можно будет. Где-то дальше по долине есть лес — берега речушки полны вброшенного сушняка и коряг, которые можно пустить на дрова. Без понятия, какова на вкус медвежатина, но раз нам её не перепадало ни разу, значит доброе мясо. Впрочем, в бытность сиротскую, ни муфрятиной, ни волчатиной мы не брезговали. Хочешь жрать, и не то ещё слопаешь.
— Да. Пусть послужит нам ужином, — согласился бес. — Ночевать будем здесь. Раз тут пасся медведь, других крупных хищников поблизости нет. Встаём лагерем.
Не дорос мишка, конечно, до хозяина леса, но зверь всё равно очень старый был. Три десятка бобов и два семени жизни — добыча богатая. У Негоды блестели глаза, но торговец ничего не сказал. Это мой трофей — тут делить нечего. Плохо то, что идём не по тракту теперь, но охота зато получается добрая. С новым даром я нынче могу таких зверей брать, на которых серьёзной ватагой ходить другим только. Тот медведь лишь началом был.
Для больших, по-настоящему грозных хищников наш отряд — неплохая приманка. Вторым днём нас заметил доселе мне незнакомый представитель кошачьих, что устремился со склона в долину большими прыжками, даже не пытаясь таиться. Снежный барс, как потом объяснил мне Крам — самый страшный зверь на все горы. Не удивительно, что огромный котяра считал себя здешним хозяином. Уж не знаю, сумел бы Ло одолеть его — Айк и элцы бы точно не справились — но незримый клинок на крепь хищника, какой бы огромной та не была, наплевать хотел.
Итог — ещё больше бобов, чем с медведя и три семени. Отличные я охотничьи угодья нашёл. Какой там островок в Гиблой гнили? Вот, где настоящая Дикая земля. Если с нашим переездом на Фат всё сложится, буду здесь промышлять. Горы, пусть и сложны для походов — не у всех же есть Крам в услужении — а добычи в них не меньше, чем в лесу, точно.
Вон копытных одних сколько скачет по склонам. Пару раз на глаза попадались ну очень уж крупные рогачи — я в козлах этих и баранах не разбираюсь пока. Жаль, что травоядная дичь не спешит нападать на пришельцев, как клыкастые любители мяса. У меня дара в сутки хватает на десяток коротких взмахов незримым клинком — небольшое стадо за раз могу скосить. Но это уже жадность.
Сразу ясно, что места здесь нехоженые. Людей нет тут и не было. За два дня мы в долине ни разу не встретили ни единого следа человеческого присутствия. Ни зарубки на сосне, что вернулись некрупными рощами, жмущимися к речушке с обеих сторон, ни старого костровища. Тропы фатоев, если те вообще ходят охотой в этой части гор, пролегают где-то в других местах.
И вот утром нового дня есть ответ на вопрос — почему оно так? Очередное ущелье и очередной тупик через пару вёрст в его противоположном конце. Водопад в этот раз даже выше. Будь у Крама дар полон, и то бы всех не поднял, хоть с верёвкой, хоть без. Пришлось возвращаться — благо, хорты на хвосте не висят — и выбираться из заповедной долины по склону.
