– Простите, мы не нуждаемся в ваших предостережениях и советах, – сказала она твердо, но при этом самым вежливым тоном.
Злить бесовку, по ее мнению, не стоило в любом случае.
– Ну-ну… – протянула Никкола. – Я бы на вашем месте хорошенько подумала!
После этих ее слов что-то громко плеснуло в темноте, словно очень большая рыба шлепнула по воде очень большим хвостом… и тут же снова сделалось тихо, но с реки потянуло леденящей, промозглой сыростью.
– Уйди, – холодно сказал бесовке призрак Дуду и свободною рукою сделал отстраняющий жест.
Другой рукой он все это время цепко удерживал Пиви, словно опасаясь, что во второй раз установить физический контакт не удастся.
– И вы доверитесь этому… – с презрительным видом начала Никкола.
– Готово, – перебил ее Юргенс, завязав последний узел.
– Пиви, закрой глаза, – велел Дуду. – И остальные могут сделать то же самое – будет легче.
– Умирать! – добавила Никкола.
Катти сжала зубы. Зажмурилась.
– Пошли! – скомандовал Дуду.
Страховочный трос натянулся, она шагнула вперед.
Сделала второй шаг и третий.
– До встречи в аду! – насмешливо попрощалась Никкола.
Впереди тихонько ойкнула Пиви, и на следующем шагу Катти чуть не упала – земля вдруг оказалась гораздо ниже, чем ожидала ее встретить нога. Да и не земля это уже была, а илистое дно реки. Вода в которой производила впечатление самой настоящей… и как-то сразу ее сделалось по колено, промокли джинсы, не говоря уж о ботинках, а еще через шаг она дошла Катти до пояса.
Позади сквозь зубы выругался Юргенс, в свою очередь вступивший в реку.
– Спокойно! – сказал Дуду впереди.
Еще через несколько шагов Катти поняла, что вот-вот окажется в воде с головой. Но страха не испытала.
Что-то произошло с ней после встречи с поддельным Имаром. В тот самый миг, когда она поняла, что страшней всего – перестать верить своим друзьям. Словно новый человек, которым она ощутила себя когда-то, еще в Байеме, только учился до последнего времени, подобно младенцу, ходить… и теперь наконец-то твердо встал на ноги.
Терять этому человеку было нечего. Страхи кончились.
Верить – так верить…
И, набрав в грудь воздуху, она сделала следующий шаг.
Плавать выросшая возле моря Катти умела, поэтому готовилась приложить все усилия к тому, чтобы не всплыть, когда вода начнет выталкивать ее на поверхность и дно уйдет из-под ног. Но ничего подобного не случилось.
Увлекаемая страховочным тросом, она прошла, вполне уверенно, по дну несколько метров, чувствуя, как слабеет почему-то сопротивление воды. И точно в тот момент, когда сил задерживать дыхание уже не осталось, услышала спокойный голос Дуду:
– Выдохни, дурочка. Не бойся!
Сказал он это не ей, конечно, а Пиви, но Катти так и сделала – выдохнула, и вдохнула… и невольно ахнула, одновременно с подругой, когда в легкие вместо воды хлынул воздух. Немного затхлый, пожалуй, и остро пахнущий речной тиной, но воздух.
И одежда на ней вдруг оказалась сухой…
Открыв глаза, Катти увидела все ту же тьму, в которой, где-то далеко впереди, светился крохотный, одинокий – не считая призрачного Дуду – синеватый огонек. Услышала за спиной судорожный вздох Юргенса, который ростом был повыше их обеих, поэтому и под водой оказался и отсутствие ее обнаружил чуть позже.
Пиви оглянулась было, собираясь что-то сказать, но Дуду скомандовал:
– За мной! – и, не дав никому дух перевести, потянул их в сторону огонька.
Долго ли, коротко ли шли – сказать было трудно. Рассвет, во всяком случае, так и не наступил, хотя при той быстроте, с какой сменялись в этом мире времена суток, ночь давным-давно должна была кончиться.
Больше их не пугали. Никакие чудища вокруг не бродили, не рыкали и не выскакивали из тьмы, словно здешние обитатели поняли наконец, что остановить эту «отчаянную» компанию не удастся… Только ромбы-ориентиры сменялись через некоторое расстояние один другим, и каждый пройденный тут же уносился вперед, спеша, видимо, занять новое место, чтобы в цепочке не образовалось пробела. И все было бы ничего, если бы царившие и здесь неестественные темнота и тишина не ложились на сердце тяжестью, и в голову не лезли скверные мысли о полнейшей безнадежности этого похода – памятуя, куда в конечном итоге и с какою целью они идут.
Думала об этом Катти по-прежнему без страха, но и воодушевления, понятное дело, тоже не испытывала. Поскольку до сих пор и представить-то себе была не в силах ни самого демона, ни встречи с ним, ни хоть каких-то действий по вызволению из его лап Клементины. Ни совместных, ни тем более личных. Планы строить можно было только после подробного и откровенного разговора с братьями Хиббитами, узнав, как собираются действовать они.
И, пожалуй, только реакции старшего из них на попытку завести этот разговор Катти и побаивалась. Слегка. Черный маг, пусть и бывший, мог оказаться в гневе опасен… а в том, что их с Пиви появление его, как и Кароля, совершенно не обрадует, сомневаться не приходилось.
Ладно… как бы там ни было, а уж от брата своего Кароль защитит. И, рассудив так, Катти постаралась отогнать на время все мысли.
