Бездушная полностью

Голос доносился с самого верха совершенно сказочного фаэтона, который остановился рядом с ними, причем никаких женщин поблизости не наблюдалось. Езда на таком фаэтоне требовала смелости: это была запряженная прекрасно подобранными вороными лошадьми опасная конструкция с открытым верхом, из тех, которыми редко правят представительницы прекрасного пола. Однако сейчас там сидела, дружелюбно им улыбаясь, чуть-чуть излишне пухленькая блондинка. Эта картина, казалось, вся состояла из несоответствий: от дамы, на которой вместо уличного платья для прогулок в карете было вечернее, цвета пыльной розы с бордовой отделкой, до резвых вороных, которые скорее подошли бы какому-нибудь денди, элегантно прожигающему свою жизнь. У дамы было приятное, обрамленное короткими локонами лицо, однако поводья она держала железной рукой. Алексия и Айви не были с ней знакомы, и поэтому собрались уже вернуться к своим прерванным наблюдениям, сочтя, что их окликнули в результате досадного недоразумения, обознавшись, когда эта милая молодая дама снова обратилась к ним:

— Я имею удовольствие видеть перед собой мисс Таработти?

Айви и Алексия переглянулись. Происходило нечто настолько примечательное (разговор начался посреди парка, возле летного поля и с предварительно не представленной особой), что Алексия помимо воли ответила:

— Да. Как вы поживаете?

— Прекрасная нынче погода для всего этого, не правда ли? — дама махнула хлыстом в сторону дирижабля, который окончательно утвердился на земной тверди. Его пассажиры готовились покинуть гондолу.

— Несомненно, — твердо проговорила Алексия, несколько сбитая с толку развязным и фамильярным тоном женщины. — Мы с вами уже встречались? — без обиняков осведомилась она.

Дама засмеялась мягким переливчатым смехом:

— Я — мисс Мейбл Дейр, и теперь мы встретились.

Алексия решила, что она, должно быть, имеет дело с оригиналкой.

— Приятно познакомиться, — ответила она осторожно. — Мисс Дейр, позвольте представить вам мисс Айви Хисселпенни.

Айви сделала книксен, одновременно дергая Алексию за отделанный бархатом рукав.

— Та самая актриса! — зашипела она в ухо подруге. — Ну ты знаешь! О, Алексия, серьезно, ты должна была о ней слышать.

Мисс Таработти, которая ни о чем не слышала, решила, что обязана все выяснить.

— О! — проговорила она без выражения, а потом тихонько обратилась к Айви: — Следует ли нам беседовать с актрисой посреди Гайд-парка?

Она украдкой посмотрела на высаживающихся пассажиров дирижабля. Никто не обращал на них никакого внимания. Мисс Хисселпенни спрятала улыбку за рукой в перчатке.

— И это говорит барышня, которая вчера вечером нечаянно, — она сделала паузу, — огрела мужчину парасолем. Мне кажется, разговор с актрисой в общественном месте должен быть наименьшей из твоих печалей.

Ярко-синие глаза мисс Дейр следили за этим обменом репликами. Она снова рассмеялась:

— Именно этот инцидент, мои дорогие, и послужил причиной нашей встречи, у которой, конечно, несколько неподобающее начало.

Алексия и Айви поразились тому, что она знает, о чем они шепчутся.

— Вы должны простить мне мою бесцеремонность и это вторжение в ваш приватный разговор.

— Разве? — пробормотала себе под нос Алексия.

Айви ткнула ее локтем под ребра. А мисс Дейр наконец объяснилась:

— Видите ли, моя госпожа хотела бы встретиться с вами, мисс Таработти.

— Ваша госпожа?

Актриса кивнула, тряхнув белокурыми локонами:

— Знаю-знаю, обычно они не тяготеют к смелым артистическим типам. У меня такое впечатление, что актрисы скорее склонны становиться клавигерами, поскольку оборотни больше интересуются исполнительским искусством.

Мисс Таработти наконец поняла, что происходит.

— Вот так-так! Да вы трутень!

Мисс Дейр улыбнулась и кивнула в знак согласия. Помимо локонов у нее, как ни печально, имелись еще и ямочки на щеках.

Алексия все еще пребывала в полном замешательстве. Трутни были компаньонами, слугами и няньками при вампирах, они трудились за теоретическую возможность тоже когда-нибудь обрести бессмертие. Тем не менее вампиры редко останавливались на тех, кто был в центре внимания, предпочитая в своей охоте за душами интимный подход и вербуя художников, поэтов, скульпторов и так далее. А более заметными творческими личностями традиционно занимались оборотни, обычно выбиравшие в качестве клавигеров актеров, оперных певцов и артистов балета. Конечно, обе сверхъестественные расы в основном искали компаньонов среди людей с артистической жилкой, ведь у таких больше шансов на избыточное количество души и, следовательно, выше вероятность пережить метаморфозу. Однако для вампиров было весьма необычно приблизить к себе актрису.

— Но ведь вы — женщина! — потрясенно возразила мисс Хисселпенни.

Еще более широко известный факт заключался в том, что трутнями и клавигерами, как правило, становились мужчины. Женщинам куда реже удавалось пережить метаморфозу. Почему так, никто не знал, хоть ученые и склонялись к тому, что дело тут в более хрупкой женской конституции.

Актриса улыбнулась: