- Это произошло в конце дня, когда мы исследовали почти всю деревню. К нам подошел статный мужчина с яркими зелеными глазами, смуглой от загара кожей и светлыми, выгоревшими на солнце, волосами. Он позвал нас в долину между холмами отужинать, а затем принять участие в неком обряде, который проводится лишь в полнолуние. Я видел, как загорелись глаза моей спутницы, и как осматривает мое, практически ничем не прикрытое, тело новый знакомый. Заинтригованный, я принял предложение не задумываясь и не пожалел об этом, - рука Самаэля добралась до края футболки и начал забираться под нее, мягкими движения поглаживая кожу живота. - Там собралось около пятнадцати человек. Они расселись вокруг костра и пели песни, держась за руки. Нас с улыбками приняли в круг, состоящий из мужчин и женщин в неравном количестве. Трапеза состояла из фруктов и вина. Я подозреваю, что в напиток был подмешан афродизиак, потому что начал чувствовать возбуждение. Впрочем, как и собравшиеся: они подсаживались все ближе друг к другу и начинали целоваться. Я, конечно, видел процесс совокупления людей, но никогда не подозревал, что сам приму в этом участие. Именно в тот момент предположение о том, что люди делают это только ради продления рода, рассыпалось в прах, - тем временем, проворные пальцы добрались до левого соска Давида, который тут же превратился в тугой шарик. Они ласково сжимали и пощипывали его, заставляя обладателя подрагивать и закрывать глаза от удовольствия. - Я смотрел, как люди скидывают одежду, оголяя стройные фигуры, и ласкают друг друга. Моя спутница так же подсела вплотную и сняла с себя тунику, представ в своей нагой красе. Рядом мужчина, который привел нас туда, повернул мое лицо к себе и поцеловал в губы. Я тонул в новых приятных ощущениях, не испытываемых мною прежде. Тонкие женские руки проникали под мою одежду, мягкие губы ласкали шею. У меня кружилась голова, и все мысли улетучились. Я не понял, как оказался лежать на траве. Вдвоем они умело ласкали мое тело.
Давид тоже был возбужден, не зная от чего больше: от прикосновений дьявола или его рассказа. Самаэль повел плечом, сбрасывая его голову аккурат себе в руку, и бережно уложил парня на колени. Давид смотрел на него снизу вверх, прямо в чистые голубые глаза. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее, дыхание сбилось, а тело жаждало прикосновений. Дьявол снова медленно опустил руку на плоский живот:
- Постарайся понять, я никогда прежде не испытывал возбуждения. Не знал, что чувствуют при этом люди и как трудно становится справиться с этим желанием, - рука сползла к паху и сжала вставший член через джинсы. - Я действовал неосознанно, словно тело жило само по себе. Подмял девушку под себя и вошел в нее. Это блаженное ощущение мне так же сложно описать, как и утоление жажды. Я двигался и понимал, что хочу этого снова и снова. Она стонала и извивалась подо мной, прижимала ногами к себе и целовала в губы. Первый в моей жизни оргазм я мог бы сравнить только с райским блаженством. Схожие ощущения я испытывал находясь в объятиях отца. Но это осознал позже. После того, как я кончил, мое место занял второй мужчина. Он брал ее резко и быстро. Меня за плечи потянула другая девица, снова укладывая на траву. Я понял, что снова возбужден. Она оседлала меня и подозвала еще одного мужчину. Он взял ее сзади, - Самаэль отпустил член парня и снова откинулся на лавку, запустив тонкие пальцы в его темные волосы. - Это безумство продолжалось до самого рассвета, пока сил не осталось совсем. Я был счастлив. Плавал на волнах эйфории и не хотел домой. Испытанные мною ощущения не оставили сомнения в том, что люди не созданы моим отцом. Они - дети Земли. Я собрал достаточно доказательств и решил вернуться к Отцу. Прибывая в состоянии полного удовлетворения, моя сущность взяла верх над телесной оболочкой и отправилась домой. А там меня встретило гробовое молчание. Дома никогда не было так тихо, как в тот момент. Я понял, что произойдет нечто страшное, но смело двинулся вперед. Одни ангелы не смели поднять на меня глаз, другие наоборот взирали с восхищением, третьи - с отвращением. Когда я предстал пред Отцом, то даже не успел вымолвить пары слов. Не трудно догадаться, что он был в гневе:
"Ты ослушался моего веления: спустился на Землю за поиском правды, которую не пожелал принять от меня. Ты так упорно хотел доказать мою неправоту, что даже там воспринимал все через призму своей гордыни, не замечая частицы жизни данные мной. Видимо, я действительно совершил ошибку, создав этот мир настолько сложным. Но даже упрости я его, ты не сможешь познать его сути. Люди, так любимые тобой, не что иное, как воплощенная мною энергия и материя. Ну что ж, пришел момент, когда нужно исправлять ошибки".
Я был в ужасе, боясь подумать, что предстоит испытать людям на Земле. Моя вина была в гневе Господнем. Я склонился перед ним и вопросил:
"За что ты будешь наказывать их? Ведь это я впал в твою немилость. Я не могу понять твоего замысла, не они".
