Свеча освещала письменный стол, на котором лежало несколько листков бумаги. Она не любила начинать писать сразу в книгах, поскольку не знала, сколько страниц потребуется. Это было бы слишком неаккуратно и необдуманно с её стороны. Поэтому Хевермин предпочитала записывать свои мысли на отдельных листках, отмечая темы по цыфрам, а уже потом из них создавать либо полноценные книги, либо сборники наблюдений и исследований.
Два больших тома были посвящены птицам, четыре — растениям, среди которых одно было отведено целебным, а другое — ядовитым. Хотя всё, конечно, зависит от дозировки.
У неё были и другие книги, которые она писала в редкие и очень интимные моменты. Эти мысли, которые она успела позабыть, вызывали волнение и тепло в груди. Ей нравилась её одинокая жизнь, но иногда она чувствовала, как будто огонёк жизни угасает в её пустом доме. Кто вспомнит о ней после смерти?
Женщина погрузилась в воспоминания, и яркие чувства вспыхнули у неё внутри.
Хевермин приходила к реке примерно раз в неделю. Некоторые травы, такие как гравилат речной, тростник и манник плавающий, росли только в очень влажных местах, и чаще всего их можно было найти возле рек.
Она подошла к воде, сняла свои башмаки для лесных прогулок и босиком прошла по берегу до самой реки. Опустив вспотевшие и разогретые ноги в прохладную речную воду, Хевермин почувствовала, как мурашки наслаждения пробегают по всему телу. Улыбнувшись, она даже охнула от удовольствия, прикрыв веки.
От души потянувшись всем телом, Хевермин глубоко вздохнула и выдохнула прохладный утренний воздух.
…мальчик лежал на земле, словно свернувшись в клубок. Юноша был весь в грязи, покрыт водорослями, ветками и листьями — всем тем, чем богат лес и река.
Первое, что я заметила — это его запястья и лицо. Они были перевязаны старой дешёвой шерстяной тканью. Его и без того небольшой нос, казалось, прижали так сильно, что он стал плоским. На руках виднелись кандалы. Неужели он преступник? В таком юном возрасте?
Но потом я взглянула на его лицо, скрытое мокрыми волосами. На фоне всего этого явственно выделялся новый шрам под левым глазом. Это было клеймо Хронов. Края кожи вокруг бинтов были обуглены, и местами были видны кости на скулах. Как будто на лицо вылили раскалённый металл, от уха до уха…
Мальчик выглядел так, словно находился в состоянии, далеком от нормального. Чем больше я смотрела на него, тем больше вопросов у меня появлялось. Бинты, пропитанные речной водой, были похожи на водоросли и создавали удручающее зрелище. Запах был просто невыносим. Как ко мне занесло Эфремета. Жизнь не обделена чувством юмора и иронии…
Хевермин не знала, как быть дальше. Повязка на лице и руках мальчика пропиталась водой и позеленела, закрывая рот и нос. Возможно, он уже был мёртв. И еще, он же Эфремет. Оставить его?
У Хевермин промелькнула мысль «Добить», и она сама испугалась этой мысли. Юноша выглядел ужасно: он был грязным и очень неопрятным. Особенно учитывая брезгливость Лоис.
— Мама…
— Что⁈— Хевермин вздрогнула от испуга и неожиданности. Мальчик продолжал неподвижно лежать, но она могла поклясться, что слышала его.
Лоис должна была попытаться. Она расстелила на земле дорожную тряпку, которую всегда брала с собой, чтобы сидеть на бревне или пеньке и не испачкать платье.
Река и так не отличалась приятным запахом, а от мальчика исходил резкий аромат. Хевермин перевернула его лицом вниз и долго не могла заставить себя прикоснуться к грязному ребёнку. Наконец, зажмурив глаза, она начала надавливать на его мокрую и грязную спину. Мальчик закашлялся, и изо рта потекла речная вода вместе с мхом, водорослями и бог знает чем ещё.
Хевермин, положив перо в чернильницу, аккуратно сложила написанное и вышла из своей комнаты, которая служила ей библиотекой и местом для всего, что связано с книгами. Приоткрыв дверь в сарай, она прислушалась к прерывистому дыханию мальчика, лежащего на застеленном бельём полу. Он был чист, вымыт, перевязан и намазался лечебными мазями. Убедившись, что молодой человек жив, женщина решила выпить горячего чая из трав: мелиссы, зверобоя, крапивы, ромашки, ежевики и люцерны.
Хевермин поставила котелок на огонь и, взглянув на скудные запасы дров, задумалась. Приготовив чай, она вышла на крыльцо около дома, чтобы перевести дух и обдумать произошедшее.
«Возможно, первая мысль о том, чтобы оставить его, была более разумной», — подумала она
Прежде всего, она оттащила его подальше от берега, чтобы течение не унесло его ослабевшее тело. Промыла и очистила его от грязи, веток и листьев, насколько это было возможно в тех условиях. Пришлось вернуться домой, чтобы сделать носилки, так как тащить его по земле она не могла, да и физически не справилась бы с такой задачей.
Вернувшись в дом, взяла с собой несколько отваров, которые помогут мальчику продержаться и придадут сил его сердцу и органам. Зайдя в амбар, который находился в полном беспорядке, она в который раз дала себе обещание навести там порядок. ь.
