— В горле пересохло. Так вот, Люцифер из Бездны не мог напрямую управлять своей частицей, но та и сама осознавала поставленную пред ней цель: захватить контроль над телом этого человека. Ну а мужчина потихоньку начал осознавать свое положение: невозможность умереть, непотребность во сне и пище, регенерация и так далее. О том, что находилось внутри него, он не догадывался. А демон выжидал, учился, запоминал информацию о нашем мире и о человеке, в котором был заключен, и потихоньку освобождался от своих оков. Человек в это время ушел жить в безлюдное место, как в начале делают большинство умерших-одиночек. И, пропуская разные детали, скажу сразу, что вскоре демон сумел захватить контроль над телом умершего, вот только не на долго, так как душа человека слабо, но все же сопротивлялась. Тут демон попытался как-то избавится от души человека и увидел, что может её просто-напросто поглотить, чем и воспользовался вскоре. Душа, ослабленная отчаянием, поддалась, и демон выбрался наружу.
Это был первый настоящий умерший и первый прорвавшийся демон. И, наблюдая за жизнью этого демона, за влиянием его силы на умершего, демоны из Бездны наконец поняли, что нужно делать, и вскоре, лишь какой-то человек искренне взмолит демона о помощи (именно искренне, по настоящему веря, ибо лишь так тебя смогут услышать в Бездне) кто-то из демонов смертных грехов вдыхал свою частицу силы в молящего и сотворял нового умершего. Но если всем последующим демонам, запертым в умерших, было легче, так как у них теоретически было больше начальной информации, вроде того, что можно пожрать душу человека, то тот первый прорвавшийся демон, Люцифер, сам открывал для себя свои возможности и, в силу своего первенства, считал себя главным среди всех остальных умерших… и тем, кому дано заслуженное право возглавить великую месть.
— Алан, — выдохнула шокированная Мелори, на что старик утвердительно кивнул.
— Именно он. Самый старый из всех демонов, что есть у нас на Земле, и тот, кто пожрал больше всего своих частей. Но о том, что можно пожрать не только душу своего человека, а и свои части у остальных умерших, он узнал лишь через много веков, после того, как прорвался. Это было где-то в первых годах нашей эры. Пожрав своего демона, Алану открылась и часть воспоминаний Люцифера из Бездны, а тот в свою очередь узнал и об этой возможности своей частички на Земле. И тут пошло-поехало… Алан искал себе подобных и пожирал их до того момента, пока не открыл достаточно воспоминаний, чтобы узнать, что для свершения мести ему нужны все семь демонов смертных грехов. Также ему посчастливилось жить в те года, когда лишь зарождались великие религии, поэтому он знал, как и что именно писалось в, скажем, Библию.
О том, каким должен был быть Апокалипсис, он знал еще до того, как это было написано в Библии, ибо это знание ему перешло вместе с воспоминаниями Люцифера, что был Рафаэлем — одним из участников Апокалипсиса. Из-за его с Велиаром изгнания, как я уже говорил, и появления на земле умерших, предписанный конец стал невозможен, ибо умершие в корне начали менять все, что было предсказано Святыми. Атрибуты Апокалипсиса, такие как Агнец с его Книгой Жизни стали, грубо говоря, не нужны, но демоны решили воспользоваться ими, только по-своему. Сто лет Алан накапливал в себе демоническую силу и, наконец, в один момент высвободил её, дабы на немного ослабить границу между собой и Люцифером из Бездны. В результате он познал содержание той самой Книги Агнца, только на языке Бездны, отчего слова из Книги приобрели совершенно другой смысл и значение. Он запечатлил эти слова на бумаге, спрятав их меж другими словами на человеческом языке. Благодаря демонической силе Особые слова скрылись в тени простых слов; текст Книги Агнца скрылся в ничего не значащем рассказе о жизни простого умершего, только немного искаженного. Так же благодаря тому, что черная книга была буквально наполненная демонической энергией, она могла, как бы это сказать, сама распоряжается собой и по странным обстоятельствам почти все, кто её когда-либо читали, становились умершими. А книгу читали лишь немногие, и текст её никогда не был скопирован или переписан, так как книга этого не желала. Ну а главным её свойством оставалась способность подстраиваться под мир, то есть в какой-то момент язык, на котором написан текст книги, менялся в соответствии с тем, какой язык на данный момент самый распространенный на Земле. Но как бы не менялся внешний вид текста, Особые слова всегда оставались неизменными; прочесть и высвободить их силу может лишь Агнец.
