Безграничное сердце полностью

Но он никогда не сможет стать моим краеугольным камнем. Как бы сильно я этого ни желал. Я не стану переделывать Тодда в угоду себе. Это было бы нечестно по отношению к нему. Или ко мне. Особенно если в итоге я потеряю контроль и причиню Тодду боль.

И Райан… ладно. Это ошибка. Потому что он обещан другому, и независимо от того, что я думал о принце Придурке, я бы никогда не поступил так с Джастином. Да и Райан на такое не способен. Он встречается с, мать его, принцем. Я же просто ученик.

Джастин выглядел словно бог.

А я просто крестьянин.

Джастин член королевской семьи.

Я же из трущоб.

Джастин…

— О боги, — простонал я. — Я такой жалкий.

К чёрту это, потому что я не такой

Я потрясающий.

Фантастический.

Я наикрутейший ученик волшебника, который однажды изменит отношение людей к магии.

Я буду спасать людей из трущоб и делать их жизнь лучше.

Я открою магазин, где любой желающий сможет бесплатно прийти и потискать щенков, а уйти с воздушным шариком, мороженым и комплиментом. «Вот ваш фисташковый крем. Я сделал для вас моржа из воздушного шара. У вас очень красивые костяшки пальцев».

Я обязательно закончу свой Гримуар, и через пятьсот лет люди будут его изучать, и думать: «Вау. Этот Сэм был не промах. Хотелось бы стать его лучшим другом».

Потому что я Сэм Безграничный.

Может, я не похож на бога.

(Но у богов точно есть чувство юмора)

Но кое-что я делал божественно.

Я мог творить. Мог восстанавливать. Делать нечто из ничего, потому что я богоподобен…

Упс.

— Обуздай своё эго, Сэм, — пробормотал я.

Но я особенный, правда же? Я особенный. В трущобах практически не на что надеяться, но случайно или нет, я изменил будущее и не только своё. Будущее моей матери. И моего отца. Они отдали мне всё, что у них было, и я смог хоть чем-то им помочь.

А это чего-то стоит.

Действительно стоит.

Но всё же…

Моё сердце болело.

Мой краеугольный камень прямо здесь, а я никогда не смогу его заполучить.

Он не был единственным и неповторимым.

Таких много.

Я найду. Своего. Всё будет хорошо.

И вот я снова посмотрел на небо, перевёл дыхание и загадал желание звёздам.

Я хотел бы найти того единственного своего человека, и показать ему почему я был создан именно для него.

Эгоистично? Возможно. Грустно? Определённо. Но я знал…

— Сэм?

Я привлекательно завопил.

Хорошо. Это ложь.

Невозможно привлекательно завопить.

Это было наоборот совсем непривлекательно. Размахивать руками и дрыгать ногами. Просто ужасно.

— Я не хотел тебя напугать, — сказал Рыцарь Райан Мудак весёлым голосом.

Я сел и уставился на него.

— Я не испугался.

— Ты завопил, как испуганная маленькая девочка.

— Я завопил, как равнодушный высокий мужчина. — Очень здравый и логичный аргумент. — Что ты здесь делаешь? — Последний раз я видел Райана прошлой ночью, когда Пит провожал нас в замок и смеялся надо мной, будто я сделал что-то весёлое.

Райан пожал плечами и отвёл взгляд. Он выглядел усталым. Райан был одет намного скромнее чем обычно, в брюки и мягкую на вид тунику с вышитыми краями. Она была распахнута у горла, и у меня пересохло во рту.

— Просто… проверяю кое-что.

— Кое-что.

Райан закатил глаза.

— Да, Сэм. Кое-что.

— Хорошо. Я надеюсь, что это кое-что в порядке. — Я сделал паузу. — В порядке же?

— Что ты имеешь в виду?

— Честно? Понятия не имею. Ты меня удивил, и мой мозг ещё не включился.

— Напугал, — поправил Райан.

— Иди в задницу. Как ты узнал об этом месте?

Он переступил с ноги на ногу.

— Ну-у.

Я ждал.

— Твоя мать… возможно мне показала? — Он казался смущённым.

— Значит она? — спросил я, уже планируя месть.

— Давным-давно, — сказал Райан, и провёл рукой по свёрнутому лепестку оранжевого полевого цветка. — Думаю, мне это было нужно.

— Что? Почему?

— Она сказала, что это хорошее место, если мне однажды захочется уединения. Становится слишком… шумно. В замке.

— Это ещё мягко сказано. Как ты думаешь, почему я сегодня весь день отсиживался в лабораториях?

— Да. Ух. Об этом.

— Всё в порядке, — сказал я с невозмутимым лицом. — Я знаю, что трудно быть бравым и безупречным.

Райан застонал и закрыл лицо руками.

— Конечно же, ты видел.

— Ты вообще ходил куда-нибудь не бравым и безупречным? Это, должно быть, утомляет. Знаешь. Вся эта безупречность.

— Думаешь, я безупречный? — спросил он, опустив руки и выгнув бровь.

Я осознал, что Райан возвышается надо мной, и мой пенис находит это очень привлекательным. Внезапно мне стало очень трудно дышать.

— Что? Просто. Что? Нет. Просто. Замолчи наглая рожа. — Привлекательный. Очень привлекательный. — Просто цитирую твоих обожающих фанатов.

— У меня нет фанатов, — отрезал он.

— Ух. Как грубо. И ты ошибаешься. У тебя есть фанаты. Они состоят в клубах. Ты знал? В Верании есть настоящие официальные фан-клубы Райана Фоксхарта. Фанаты встречаются и говорят о твоих бровях и о том, какой тебе лучше сделать пробор налево или направо, и как фантастически ты выглядишь, когда позируешь.