Безграничное сердце полностью

— Я не позирую! — сказал Райан так, словно услышал самые возмутительная слова в мире.

Я поднялся с земли.

— Прежде всего, это ложь. Ты точно позируешь. — Я немного снизил голос, чтобы быть похожим на Райана. — Привет, меня зовут Райан Фоксхарт. О нет! Надвигается опасность! Позвольте мне вытащить меч и принять позу. — Я изобразил, как вытаскиваю меч из-за пояса, и приподнял бровь. — Заметьте, какой я безупречный. И бравый. И сегодня мои волосы убраны на право. — Я подмигнул.

— О боги.

— Прямо в точку, верно? — Я подумал, что нужно убрать меч, но понял, что его не существует, и я все ещё позирую. И немедленно прекратил. — Держу пари, ты сейчас словно смотрелся в зеркало.

Райан был взволнован. Это было потрясающе.

— Нет. Это даже близко не похоже на мой голос.

— А всё остальное, значит, правдиво? Я так и знал!

Он хмуро на меня посмотрел.

— Ты меня раздражаешь.

— Я всех раздражаю. Это часть моего обаяния. — Разговор был странным. Я даже не знал, зачем мы его начали. Как я такое допустил. Поклялся же себе держаться подальше от Райана Фоксхарта, пока Морган снова не отправит меня куда-нибудь. Между тем, я покинул лабораторию меньше часа назад, и вот он здесь. Это нервировало.

— Я бы не назвал это обаянием.

— Да? Как бы ты это назвал? — Я спросил и подумал: «Уходи, уходи, уходи».

Райан не ответил. Вместо этого он сухо сказал:

— Тодд кажется… милым.

И это была внезапная смена темы и я не понял.

— Хм?

— Тодд, — медленно произнёс Райан, будто я был идиотом. — Твой жених.

У меня чуть глаза из орбит не вылезли.

— Мой кто?!

Хмурый взгляд Райана стал ещё более мрачным.

— Твой будущий муж. Это было во всех новостях.

Он выглядел сердитым, и я понятия не имел, почему.

— Я не собираюсь выходить замуж!

— Тогда зачем им это печатать?

— Потому что свобода прессы зашла в этом королевстве слишком далеко? Я не знаю!

— Они не могут просто печатать всё, что хотят!

Бедное, милое глупое дитя.

— Эм. Да. Они могут. Это называется сенсацией. Они назвали тебя бравым и безупречным!

— Я бравый и безупречный!

— Ага! — воскликнул я. — Я знал, что ты позировал. О боги. Это так неловко. Моё впечатление было настолько правильным, что это даже не смешно. Я собираюсь рассказать об этом всем в твоём фан-клубе.

Райан зловеще ухмыльнулся.

— И откуда ты вообще знаешь о фан-клубах?

ОПАСНОСТЬ. ОПАСНОСТЬ. ОПАСНОСТЬ.

Райану не нужно знать, что я однажды ходил на одну из встреч фан-клуба, переодетый. Это было просто смешно. И жутко.

— Боги. Уже поздно. Посмотри на время. На самом деле у меня нет часов. Я предполагаю, что уже поздно. Так что.

— Сейчас нет и десяти. — Он сделал шаг ко мне.

— Поздно, — настаивал я. — Я устал. Кто-то не отпускал меня вчера до рассвета.

— На тебя напали. Тёмные волшебники. Снова.

— Это случается не так часто, как можно подумать, — сказал я, отступая на шаг назад. — У меня просто лицо, в которое все хотят чем-нибудь засадить. — И сразу же в голове… пошлые картинки с моим участием.

— Отлично выразился.

— Серьёзно, — сказал я, широко раскрыв глаза. — Ты больше не Королева Дерзости. Ты Бог Дерзости. Ты создатель всей дерзости мира. Почему об этом знает так мало людей? Они должны описывать тебя не бравым и безупречным, а нахальным и дерзким. Утром я первым делом напишу письмо редактору. Об этом необходимо немедленно сообщить.

— Можешь поднять этот вопрос на следующем собрании фан-клуба.

— Эй! Я не понимаю, о чём ты говоришь, ясно? Я слышу разное, когда путешествую. Меня вообще не интересует подобное. — Ещё как интересует. На самом деле я трижды ходил на собрание фан-клуба. Они знали меня как Мервина. У меня была фейковая история жизни и всё такое. В следующий раз моя очередь приносить кексы. Я подумывал о кексах с маком. Или клюквой. Это весело.

— Так ты не выходишь замуж за Тодда? — Райан зарычал, делая ко мне ещё один шаг. — Это, наверное, хорошо. Он собирался убить тебя утками и черникой.

— Не выхожу. Поверь мне. Мне нравятся его уши, но на самом деле всё это заходит слишком далеко.

Райан нахмурился.

— Ты и его уши.

— Они выделялись. Я думал, они очаровательны.

— Если это основание для отношений, то ты в заднице.

— В этом же смысл, не так ли? — сказал я, пытаясь непристойно ухмыльнуться. Думаю, что облажался и ляпнул какую-то глупость.

Райан хмыкнул и закрыл глаза.

— Ты не можешь так говорить.

— Почему нет? Гэри считает, что я ханжа. Но я так не думаю. Я могу говорить о таких вещах. Я даже не буду заикаться и глотать окончания. Ха! Видишь? Я только что придумал сексуальный каламбур, и все знают, что сексуальные каламбуры — это наивысшая форма юмора. Пошёл ты, Гэри! Секс, трах и яйца!

Райан на самом деле сделал шаг назад. Хорошо. Потому что каким-то образом он оказался очень близко.

— Сэм, — прошипел Райан.

— Хм-м-м. Может, ты ханжа. Члены и разврат!

— Сэм! — Он снова покраснел, и моё сердечко ёкнуло.

— Что?

— Не выходи замуж за Тодда. Свадьба должна быть по любви. Ни больше. Ни меньше.

Это было словно удар под дых, и мне стало всё понятно.