Ира посмотрела в салон и села на переднее сидение. Машина почти сразу уехала.
– Видимо, кто-то с работы, раз так просто села, – пробормотала Алекс. – Ничего не понимаю. Но там её тоже ищут!
– Значит, это было не с работы, – сказал Маркус, выключив громкую связь и завершив звонок.
Карл тем временем кое-как поднялся с пола. Прихрамывая, он дошёл до бара и теперь прикладывал лёд к виску.
– Подожди, чёрная «Мазда»? Егор! Это его машина… – воскликнула девушка и задумалась над тем, что узнала. – Вечером дома её не было, наутро – ничего… А если она перепутала машину? И села не в ту, подумав, что там её друг?
Алекс побледнела. И вздрогнула, потому что на её руку, которой она опиралась о стол, легла ладонь Маркуса. Помедлив, она выдернула руку, хотя прикосновение не было неприятным, скорее неожиданным.
– Ещё ничего не ясно, – успокаивающе сказал Маркус. – Может, она в порядке. Требований выкупа не поступало?
– Нет. Вообще ничего.
В кабинет без предупреждения ввалились трое охранников с пистолетами в руках. Алекс напряглась. Она замерла, точно мышь, обнаруженная под веником, надеясь, что если она не будет двигаться, её не заметят. Хотя с такой расстановкой сил ей ничего не светило.
Карл посмотрел на охранников и на Маркуса. Тот откинулся в кресле, как раз раскурив сигарету, и спросил:
– В чём дело?
– Прости, Марк. Мы помним, что ты уходил… Охранник проходил мимо кабинета и заметил наверху свет… – сказал, по виду, самый умный из них.
– Да, я уходил, но вернулся.
Взгляд охранника остановился на девушке: он смутно помнил её ошивающейся возле клуба.
– Мы были уверены, что тут взлом… – начал он.
– Хвалю за наблюдательность, – перебил Марк. – Всё в порядке. Идите на место.
– Да, сэр.
Главный охранник уважительно склонил голову, отдал приказ «отбой» по рации, и парни убрались.
В кабинете установилась тишина. Карл и Алекс ждали, глядя на Маркуса. Тот курил, облокотившись на стол, и думал. Кондиционер вытягивал сигаретный дым быстрее, чем он успевал распространиться по комнате – к огромному разочарованию Алекс, которая давно не курила. Купить местные сигареты у неё не доходили сначала руки, а потом – кошелёк, попросить же сигарету сейчас гордость не позволяла.
– Ты очень везучая… Скажи, Егора после этого случая ты видела? – наконец спросил Маркус Уайт.
– Да, он приезжал два раза. Сначала один, спросил, что знаем мы с Яном. Вывернул нам все мозги наизнанку… Ненавижу этого зануду! Потом со следователями – они взяли какие-то образцы с её вещей для экспертизы… Я не разбираюсь.
– Он не вёл себя подозрительно?
– Нет, он сам беспокоился… То есть, ты подозреваешь Егора?!
– Конечно.
Девушка фыркнула.
– Да нет! Они знакомы больше, чем я живу! Он выбешивал меня ещё с песочницы. Нет, он в принципе нормальный. По правде, я думала, что у них с мамой что-то будет. Он сухарь, конечно…
– В смысле?
Маркус говорил чётко, по-английски, но с использованием понятных, популярных слов, и у неё не возникало проблем с пониманием его реплик. Сама она часто увлекалась и даже не осознавала, что её, может быть, непросто понять человеку, который давно не практиковал русский язык. Однако Маркус пока не жаловался.
– Ну, слишком уж он на неё полагается. У таких, как он, всегда несколько резервных вариантов работников. А тут чуть что – Ира, тут ваша помощь нужна. Посмотрите на этот иероглиф, а я пока вас порассматриваю как бы между прочим.
Последнее она сказала, явно вспомнив какой-то конкретный случай, которому была лично свидетелем, и её тон к концу реплики сменился на язвительный.
– Ты бы не пил сейчас, пока голова болит, – обратился Маркус к Карлу, который наливал себе что-то розоватое из какой-то бутылки. – Скажи что-нибудь.
– Вы оба – просто чокнутые, – ответил он и всё же отодвинул алкоголь подальше.
Маркус оставил это без комментария и посмотрел на девушку.
– Тебе нужно вернуться домой и всё рассказать Егору. Любая деталь здесь важна. Скажи ему, что узнала от меня, это важно. Он разведчик, и то, что кто-то притворился им, чтобы похитить твою мать, абсолютно не нормально. Он наверняка заинтересуется.
– Ладно…
– Подожди пару минут за дверью. Мне нужно поговорить с… другом.
Карл не сразу понял, что речь о нём.
***
– Зачем мне ждать тебя? Мы уже поговорили, – с вызовом спросила девушка, которой, видимо, было бесполезно приказывать.
– Есть ещё кое-что важное. Но нам нужно поговорить вдвоем. Можно в общественном месте. Я тебя не трону, не бойся.
Девушка фыркнула и вышла, толкнув дверь, спустилась на первый этаж. Вышла из клуба, открыто посмотрев на охранников, но те не стали её останавливать, и она решила подождать, что ещё скажет Маркус.
Карл выругался, потирая шею.
– Как болит… Неслабый захват, чуть мне шею не свернула.
– Какой-то ты нежный стал последнее время, – Маркус подошёл к окну и посмотрел на девушку, которая от нечего делать ковыряла ботинком бумажный стаканчик на асфальте.
– Вот серьёзно, я как-то сразу понял, что она твоя родная дочь! Вы просто идентичны. Ты бы видел, как она угрожает – тихо, мирно, прям как ты.
