Сначала, по словам контрабандиста, всему виной была погода. Потом семья, с которой они должны были плыть, еще не приехала. Далее он обвинил во всем патрули береговой охраны. Лодку не успевали приготовить.
Причин было множество. Все это напоминало жестокую школьную игру в «попробуй отними». Махмуд и его семья были вне себя. Постоянные нервотрепки изводили их. Всех, кроме Валида. Безжизненного Валида, который даже не морщился, когда взрывались бомбы.
– Я хочу вернуться в Сирию! Плевать, если мы умрем! – заявил Махмуд, перестав кричать. – Я хочу убраться отсюда!
Даже когда Махмуд это говорил, он слышал, как голос надломился от слез и жалкого ребяческого раздражения. Отчасти он стыдился такого поведения: в конце концов, он уже почти взрослый. Почти мужчина. Но другая его часть хотела топать ногами, биться в истерике, и сдерживать ее становилось все труднее.
Маленькая Хана тоже заплакала, и мать попыталась успокоить обоих, обняв сына.
– Посмотри на это с другой стороны, – посоветовал отец. – У нас есть время попрактиковаться в турецком.
Но никто не рассмеялся.
– Давайте вернемся в торговый центр, пока наше место не заняли, – устало предложила мать.
Махмуд нес спасательные жилеты, чтобы отец мог взять на руки Валида. Тот быстро уснул у папы на плече. Мать держала Хану. Настала очередная дождливая ночь, одна из бесконечных измирских ночей. Хотя Махмуд ненавидел отчаянное чувство поражения, все же в торговом центре было по крайней мере тепло.
Но на этот раз у входа их кто-то ждал. Двое. Турки в одинаковых синих спортивных костюмах. Один мускулистый, с курчавыми черными волосами, редкой бородой и толстой золотой цепочкой на шее. Другой – очень толстый и, несмотря на ночь, в зеркальных темных очках. Из-за пояса штанов торчал пистолет.
– Хотите войти, платите за квартиру, – сказал первый.
– С каких это пор? – спросил отец.
– С этой минуты. Мы – хозяева здания, и нам надоело, что сирийцы живут здесь бесплатно.
«Здесь тоже полно бандитов, – подумал Махмуд, – совсем как в Сирии».
Ноги его онемели. Он боялся упасть. Не мог вынести мысли о том, что нужно идти еще куда-то, снова искать жилье.
– Сколько? – устало спросил отец.
– Пять тысяч сирийских фунтов за ночь, – ответил мускулистый.
Отец вздохнул и попытался поставить Валида на землю.
– С каждого, – добавил мужчина.
– С каждого? За ночь?
Махмуд знал, что отец считает в уме. Их пятеро, и они уже пробыли здесь неделю. Сколько еще они смогут платить двадцать пять тысяч фунтов в день, чтобы в итоге хватило на лодку? И что будет дальше?
– Нет, – ответил отец.
Мама было запротестовала, но он покачал головой:
– Нет. Все наши вещи с нами. Найдем, где остановиться. Это только до завтрашнего дня.
– Ну да. Как же, – хмыкнул здоровяк. – До завтрашнего дня.
Махмуд тащился по улицам Измира за родителями, которые пытались найти сухое место. Родители несли Валида и Хану на руках, но не его. Он слишком взрослый. Впервые в жизни Махмуд жалел, что вырос.
Наконец они нашли крыльцо туристического агентства, чуть поодаль от тротуара. Никто там не спал.
Они как раз устраивались, когда мимо проехала полицейская машина. Махмуд забился в угол, стараясь стать невидимым, но ярко загоревшиеся фары выхватили его из темноты. Включилась сирена.
– Вы не можете спать здесь, – объявил полицейский через динамик.
Им пришлось встать и идти дальше.
Махмуд так устал, что заплакал, но очень тихо, чтобы родители не услышали. А ведь он не плакал с той самой ночи, когда на Алеппо впервые посыпались бомбы.
Еще одна машина проехала по дороге. Сначала Махмуд испугался – вдруг это снова полицейские. Но это оказался «БМВ-седан». Махмуд, сам от себя такого не ожидая, выскочил прямо перед автомобильными фарами и замахал спасательными жилетами.
– Махмуд! Нет! – вскрикнула мать.
«БМВ» сбросил скорость. Свет упал на лицо Махмуда. Когда водитель нажал на клаксон, он поспешил подбежать к боковому стеклу.
– Пожалуйста, помогите! – взмолился он. – Моя малышка-сестра…
Но машина уже умчалась. А затем и еще одна проехала мимо.
– Махмуд! Уйди с мостовой! – окликнул отец. – Попадешь под колеса!
Но Махмуду было уже все равно. Кто-то должен им помочь. Он помахал жилетами следующей машине, и – о чудо! – она остановилась. Это была старая коричневая «шкода», водитель опустил окно вручную. За рулем сидел старый морщинистый человек с короткой седой бородой, в красной с белым куфии на голове.
– Пожалуйста, не могли бы вы помочь? Мне и родным некуда идти, а моя сестра совсем еще маленькая.
Подбежавший отец попытался оттащить Махмуда.
– Прошу, простите, – сказал он незнакомцу. – Мы не хотели вас тревожить. Сейчас уйдем.
Махмуд разозлился. Наконец-то хоть кто-то остановился, но отец пытается увести его.
– Мой дом слишком мал для такой большой семьи, – ответил водитель. – Но у меня есть автомобильный салон, вы можете остаться в офисе.
– Нет-нет, мы не можем… – начал отец, но Махмуд его перебил.
– Да! Спасибо! – воскликнул он и помахал матери. – Он сказал, что поможет нам!
