Ее кровь хранит в себе информацию, благодаря которой я смогу украсть все богатство Джека, смогу украсть все его сокровища, сокрушив его! Растоптав его, как последнюю букашку! И вернуть себе, наконец, то, что он у меня отнял много лет назад! Хм, я вор до самых костей, этого не изменить, не отнять! А Сирена… эта бедная девочка… я дерьмово с ней поступил! По сути, она права, я использовал ее. Все время! Тогда чего мне сейчас так погано на душе? Я хмыкнул. Если она еще у меня осталась.… А может я уже украл у него его самое дорогое сокровище?! И это сокровище сейчас почти не касается меня сзади! Только вот дело сейчас не столько в моих амбициях, сколько в людях, и это она понять должна! Остальная правда подождет…
Я заглушил мотор. Через 40 минут рассвет, нужно успеть вернуться в город. Девушка слезла с байка и вздрогнула, увидев и ощутив запах того, куда я ее привез.
- Зачем мы здесь? – злостно спросила девушка. Ее заплаканное лицо исказилось в страхе, удивлении и волнении. Я подошел к ней и посмотрел вперед. Перед нами открылась следующая картина. На высокой горе бетонные стены огромной высоты тонут в куполе смога, отсюда едва ли видно верхушки огромных зданий Глобала. Серые стены имеют огромные дыры, из которых город выливает свои отходы прямо в реку, что протекает в глубоком овраге под горой и под нами.
- Это Глобал, малыш.
Ее удивлению нет предела, она никогда не видела город с этой стороны. Такие как она, не знают всю правду о Глобале, они верят в ту правду, которую им диктует власть!
- Что за запах? – спросила она, скривившись.
Запах, этот стойкий запах химии и гнили, распугал всех диких животных этой когда-то богатой местности. Конечно, зачем людям зверье, его же можно и в зоопарке или заповеднике увидеть, пусть подыхают остальные!
- Трава здесь всегда была зеленой, ведь солнце никогда не доставало сюда из-за высокой горы. Но теперь, с приходом новой власти в Глобале, отходы затопили всю красоту вокруг! Сделав зеленое поле серым куском выжженной земли! – спокойно и с отвращением высказал я.
- Боже… - прошептала девушка. Она посмотрела вниз в овраг на реку, полную липкой черноты и мусора.
- Еще пятнадцать лет назад я был здесь, и эта река давала воду многим поселениям этого края. Теперь же она не пригодна для питья.
- Поэтому в Хоупе нет воды?
Сирена посмотрела на меня, в ее темных глазах еще блестят слезы.
- Да. И теперь Коран Хениксон – президент Глобала и Джек Аарон отобрали у нас последний чистый ручей. У нас и всех живущих здесь поселений больше нет воды, Сирена!
- Это невозможно! – она замотала головой. – Джек – он не мог, он не такой!
Ее слова меня обожгли, будто ошпарили кипятком! Я схватил ее выше локтя и развернул к себе, ловя ее взгляд.
- Шутишь? Забыла, какой я тебя увез от него? – я наклонился, всматриваясь в ее лицо. В ее шокированных глазах стоят слезы.
- Он такой только со мной, он не мог предать людей, и свой город, и вас… он…
Горячая злость начала затапливать меня! Как она не видит? Я немного трухнул ее, чтобы хоть как-то сбросить пелену с глаз.
- Малышка, ему плевать на людей!
- Он говорил… - начала она, но я перебил этот бестолковый треп.
- Все, что он говорил и делал, – неправда! – злостно пробормотал я.
- Он воровал, но он…
Я отпустил ее и, развернувшись, хмыкнул саркастически. Что за черт? Забросил руки в волосы и глубоко вдохнул этот отвратительный смрад, чтобы хоть как-то совладать с ситуацией.
- Но он что? Что, Сирена?... Ты даже не представляешь, на что он способен и от чего я тебя вовремя спас! Ты даже не представляешь, что он собирался с тобой сделать, не успей я вовремя похитить тебя! – я уже кричал. Я реально взбесился и начал на нее орать! Она остолбенела, огромными, темными глазами смотрит, не моргая. Я отвел взгляд в сторону и быстро протараторил все, что накипело:
- В ту ночь он привел домой двух друзей, предлагая всем поиграть с его ручной куклой! Он накупил всяких тросов и цепей с игрушками для вас. И я не уверен, что эта хрень была бы по очереди! Люди в нищете Глобала гибнут за таблетку! А в эко поселениях умирают за воду! И в этом дерьме он – правая рука палача!
- Друзей? – едва ли слышно прошептал раньше певучий, а теперь истерзанный голос.
И тут все стало еще хуже! Я резко посмотрел на нее, и по ее прекрасному лицу начали катиться немые слезы. Что я за скотина, не умеющая держать язык за зубами? Схватил ее и прижал к себе. Она не сопротивляется, но как она трясется вся! Мое собственное сердце вот-вот вырвется из груди. Я причинил ей боль дважды!
- Я не должен был тебе этого рассказывать! Прости меня, прости...
Я схватил ее, гладя волосы и спину руками. Я даже слезинки ее не стою, но из-за меня она так страдает! Что я за мужчина такой, не способный подарить ей простое спокойствие и счастье?
- Прости… - шепчу я, между поцелуев пытаясь осушить ее щеки. Она молчит, задыхаясь, и тревога в груди нарастает. С каждой секундой ее молчания клеточки моего тела отмирают.
- Дом, – прохрипела она.
- Что, малыш?
