И он, проникнув в новый мир, прежде всего нанес по ним удар. По всем сразу. Мощный источник силы — портал — давал ему неограниченные возможности. К сожалению, энергии поступало меньше, чем ему хотелось.
Библиотека, в которой размещалась пентаграмма, была не очень большой. Демон мог лишь сдерживать своих противников, но уничтожить их не получалось.
Местные боги не сдавались. Он воздвиг стену между ними и людьми, и боги не могли явиться на землю, но они все-таки тоже откуда-то получали силу.
Демон не сразу сообразил, в чем дело, но когда понял, то едва не потерял голову от ярости. Люди, эти ничтожные смертные твари, верили в своих богов, почитали их, любили, приносили им жертвы, давая тем самым им силу.
И за счет этого противостояние могло длиться очень долго. Демон мог рискнуть и понадеяться, что рано или поздно люди забудут о богах, но ему не давал покоя маг, сбежавший из дома с порталом.
Тот мог оказаться весьма опасным и сломать все его планы. Разрушитель тщательно искал его, но маг как сквозь землю провалился. Но чародей был жив — Демон чувствовал это.
И когда к нему внезапно явился человек и предложил свои услуги, Демон понял, как можно победить богов.
Если одни люди помогают своим богам, то есть и другие, которые помогут ему. Для того чтобы убить одного человека, нужно найти другого, который это сделает. И Демон с непроизносимым именем, которому люди дали другое имя, более понятное для них, начал собирать войско.
Утром следующего дня Крепость проснулась от жуткого грохота. Выскочив из бараков, все увидели, что ворота сотрясаются от мощных ударов. Это явно был не таран, казалось, кто-то стучит кулаком, но представить себе человека, обладающего такой силой, было невозможно.
Зурих в сопровождении других командиров подошел к воротам.
— Кто там? — спросил он у солдат, стоявших в дозоре.
Они не успели ничего ответить, как грохот стих. И из-за ворот раздался голос:
— Открывайте, мерзавцы! Почему я должен стоять тут и терять из-за всяких придурков время?!
Повинуясь жесту Зуриха, солдаты сняли засов. Ворота резко распахнулись, отбросив в сторону одного из воинов, и внутрь стремительно вошел Агир.
Один из десятников наклонился к Зуриху и прошептал:
— Этот болван каждый раз устраивает какие-нибудь фокусы. Никогда не может явиться по-человечески. Один раз он вообще прилетел по воздуху.
Жрец подошел к Зуриху, стоявшему впереди всех, и пристально посмотрел ему в глаза.
— Где тысячник Тангор? — визгливо спросил Агир.
— Погиб, — спокойно сказал новый тысячник.
Жрец опустил голову и какое-то время стоял так, как будто известие о гибели Тангора причинило ему невыносимую боль. Когда он снова посмотрел на замерших перед ним людей, лицо его было спокойным.
— Ага. И как это случилось?
— Был бой.
— Бой?
Вздохнув, Зурих в нескольких словах описал вчерашние события.
— Ай-ай-ай! Какой человек погиб! — Агир огляделся по сторонам. — А что-то я не вижу нашу братию. Где они все? Неужто под шумок всех перерезали?
Из-за широких спин командиров вышел единственный уцелевший жрец. Он не решался посмотреть в глаза Агиру. Агир хмуро посмотрел на него и перевел взгляд на Зуриха:
— Распусти всех по местам, а сам вместе с этим, — он пренебрежительно кивнул на трясущегося жреца, — останься. Поговорим.
Все разошлись. Кулл поднялся на полуночную стену. Этой ночью солдаты именно из его десятка дежурили здесь. Он сурово посмотрел на них:
— Почему не предупредили, когда увидели его?
Солдаты растерянно смотрели на командира:
— Мы его не видели. Мы его заметили, только когда он стал бить в ворота.
— Он что, под землей полз? — ехидно поинтересовался атлант.
Солдаты переглянулись.
— Может быть, — робко ответил один из них. — Но тогда мы и не могли его обнаружить.
Кулл только развел руками и снова посмотрел на Зуриха с Агиром.
Они стояли на том же месте. Зурих подробно рассказывал о вчерашней битве.
Струсивший жрец выглядел совсем уж несчастным. Похоже, он уже и не надеялся на пощаду. Зурих отчаянно жестикулировал, описывая подробности, и несколько раз махнул рукой на восход, показывая, видимо, куда направлялись беглецы. Агир взглянул на жреца, и тому стало совсем худо. Он покачнулся и, потеряв сознание, упал лицом вниз, между Агиром и Зурихом. Оба едва взглянули на него и продолжили беседу.
Вскоре Зурих ткнул пальцем в Кулла, и все остальное время колдун смотрел на атланта.
Когда рассказ был окончен, он что-то сказал, и Зурих махнул рукой, подзывая варвара.
— Поедешь со мной, — бросил колдун, когда Кулл подошел.
— Куда? — удивился атлант.
— Там узнаешь. Седлай двух коней и жди меня у ворот.
Пожав плечами, Кулл пошел выполнять приказ. И услышал слова Агира, обращенные к упавшему жрецу:
— А ты, трусливый шакал, сохранишь свою шкуру только потому, что остался один. Но если допустишь еще хоть одну ошибку, она будет последней в твоей жизни.
Вскоре они вдвоем ехали на полночь, в глубь пустыни.
Оглянулся Кулл лишь раз, когда его солдат на стене еще можно было разглядеть.
