Поднялся ветер. Его порывы срывали листья и доносили их до самой беговой дорожки. Уборщик этому не обрадуется. Сколько раз он уже убирал их! И зачем такой шикарный стадион построили на окраине города? Там, где почти нет домов. Причина была в стоимости земли в этом месте на порядок ниже, чем в других районах. Но все это ненадолго. Скоро не будет леса, скоро не будет полей, а листья перестанут огорчать уборщика. Пройдет совсем немного времени, и здесь вырастут многоэтажные ульи, в которые заманят низкими для этих мест ценами за квадратный метр каждого, кто мечтает жить в столице. Или рядом с ней. А пока здесь нет метро и ходит единственный автобус с номером триста шестнадцать.
Лесник, одетый в водоотталкивающий пятнистый костюм, сливался с лесом. Он уже давно ждал группу. То они заехали не с той стороны, то постоянно теряли связь с лесником. Колеса синего «Форда Транзит» с красной полосой медленно катились по ухабистой тропе, а за ним более активно двигался служебный «Патриот». Лиза одной рукой держалась за откинутый столик в салоне «Форда», а второй копалась в служебной папке, чтобы еще раз убедиться, что все на месте. Четыре качественные ручки с синими чернилами, наклейки с оттисками печатей, протоколы осмотров, сразу несколько, вдруг она что-то испортит, пауэрбанк и пара богатых белком батончиков на случай, если они задержатся надолго. А сегодня был как раз тот самый случай.
Машина остановилась, в этот же момент скрылось солнце, а ветер нагнал тучи. Лиза посмотрела наверх и, вернувшись в машину, достала темно-синий форменный дождевик. Должна же она хоть раз им воспользоваться!
– Вы в этом пойдете? – иронично улыбнулся лесник, посмотрев на обувь Лизы.
– Мы с другого адреса едем. – Она тоже опустила взгляд на туфли. – Не думала, что придется сегодня гулять по лесу.
– Гулять, – усмехнулся он с наигранной веселостью, – там такой лес – пробираться надо. За мной пойдете, я уже немного протоптал там, пока сюда шел.
Лиза не думала о туфлях, ей скорее хотелось оказаться на месте. Первое в ее практике не бытовое убийство, а если повезет, то серийное. Одного уже нашли в этом же лесу.
Группа двинулась за проводником. Он, будто часть дикой природы, уверенно вел группу в сторону леса по слегка протоптанной дорожке. Колючая трава цеплялась за голые щиколотки, Лиза старалась не обращать на это внимания, но пообещала себе, что это последний день, когда она на дежурство надевает туфли, не важно, что они форменные. Те, кто занимается обмундированием сотрудников, ни черта не знают о том, чем эти сотрудники занимаются.
Чем ближе они подходили к лесу, тем воздух становился насыщеннее: смесь влаги и древесных ароматов окутывала их. Лиза, вдохнув полной грудью, ощутила, как воспоминания мгновенно начали уносить ее в детство.
Она вспоминала, как, будучи ребенком, не боялась леса – наоборот, ощущала, что он был частью ее, что родительский дом, уютно расположившийся на краю деревни у лесного массива, оберегал ее от всего плохого. В объятиях природы она всегда чувствовала себя защищенной: от насмешливых сверстников, которые придумывали для нее глупые прозвища, и от забот, заполнивших ее детские дни. Лес был ее убежищем, местом силы, где все тревоги оставались за его пределами.
Трава начала редеть, а над головой зашумела оставшаяся на деревьях листва.
– Пришли. – Лесник остановился.
Приятное волнение закололо в груди, поднимаясь к горлу. Перед ней сидел парень, на вид совсем молодой. Будто это чья-то забытая игрушка, он был прислонен спиной к дереву, руки и ноги надежно связаны, а голова опущена, что скрывало его лицо. На земле разбросана горстка конфет, будто кто-то приходил сюда, чтобы помянуть его.
Лиза собрала все силы, чтобы отвлечься от мрачности окружающего, и сосредоточилась только на расследовании. Кто этот юноша? Почему именно он стал жертвой убийцы? Такой же молодой и хрупкий, как на тех снимках, которые показывал Глеб.
Лиза не почувствовала сожаления или жалости, она ощутила лишь холодную отстраненность. Это означало, что она сумела перейти ту границу, отделяющую ее личные чувства от работы. Эмоции ушли на второй план. Сейчас нужно было найти ту самую нить, соединяющую два убийства. Все оказалось в ее руках, и единственное, что имело значение, – это расследование.
– Это что? Конфеты? – голос судмедэксперта заставил отвлечься.
– Не подходите, пусть сначала криминалист отработает, – предупредила Лиза. Судмед улыбнулся. Конечно, он и так знал, кто будет работать первым. – Возможно, у нас серийное убийство.
– Серийное? И сколько у вас таких?
– Похоже, что это вторая жертва.
Криминалист открыл чемодан, надел перчатки, бахилы и осторожно, чтобы ненароком не наступить на что-то ценное, подошел ближе. То же самое сделал медик.
– Пальцы целы, – криминалист присел на корточки.
– Да, кажется, не погрызли. – Судмед снял очки, протер их чистым носовым платком, который всегда носил в нагрудном кармане, и снова нацепил на нос.
