В летописях Симбхалы я читала про Эору, что здесь буйство цветущих красок, что с величественных, сверкающих белоснежными вершинами гор, расположенных в основном по экватору, стекают полноводные реки, континенты заповедной планеты покрыты дремучими лесами из огромных деревьев, а в этих лесах живут невероятные звери, и ещё здесь есть отвесные скалы и глубокие каньоны, по воздуху летают благородные драконы и диковинные птицы, а в морях плавают огромные чудовища. Описания эти сопровождались красочными иллюстрациями, выписанными с такими подробностями, что я не сомневалась — художник создавал эту красоту по собственным свежим впечатлениям или хотя бы по описаниям и эскизам того, кто всё это видел собственными глазами. Но хотя я недолго пробыла в этом укрытом снегом и льдом лесном царстве, да и для буйства красок, конечно, не сезон, однако теперь я не уверена, что те, кто про всё это писал и, тем более, рисовал, и правда посещали заповедную планету эориан. Природа этого уголка Эоры показалась мне причудливой, но я бы не сказала, что её следует описывать пышными эпитетами — здешняя природа по-своему скромна и спокойна, её красота неброская, кажется хрупкой и ранимой. Айка Масс обещала нам отдых в лесу, но это не лес в том смысле, к которому мы привыкли. В детстве мне довелось погулять по лесам двух континентов и даже разных высотных поясов — в тех местах, где приходилось служить моему отцу, Избегающему Удара. Я помню, как впервые попала в настоящие тропические джунгли. После тенистых рощ из раскидистых дубов, клёнов и лип, а тем более после чистых, устланных коврами из мха хвойных лесов, джунгли показались мне старой компостной ямой, заросшей огромными сорняками. Но в любом случае лес на Гее — это большой земельный участок, поросший деревьями. А на Эоре даже под снежным покровом заметно, что лес совсем другой. Деревья эорианского леса образуют множество размерных планов, при этом, в отличие от наших лесов, диапазон этих размеров непривычно велик. Здесь есть деревья размером с атмосферную башню или со среднюю гору, их стволами, ветвями и корнями пронизано огромное пространство, в развилках их нижних ветвей можно было бы с удобством разместиться большой компанией, обустроить полноценное жилище или даже построить небольшую деревушку, а кроны их, кажется, упираются в самые облака. Мы потратили не меньше четверти часа, чтобы обойти комель одного из таких гигантов: он пустил корни на самом дне каньона, а его вершина взметнулась надо всей округой. Но вместе с гигантами, рядом с ними и даже на них, уютно примостилась растительность помельче, вплоть до такой, которая различима лишь, когда покрывает собой достаточно большую площадь где-нибудь на камне или древесной коре. Почти всё в этом лесу — каждое растение, каждая веточка, если не утонули в снегу, то каким-то чудом удерживают на себе снежные одеяния. И большое, и малое в нём — начиная от гигантов, обнявших корнями целые горы (или даже самих как горы), и вплоть до одетых в белые шапочки крохотных кутинок травы или мха (или чего-то похожего), примостившихся на древесном корне — выглядит безупречно и заставляет взгляд невольно замирать в восхищении. Этот лес одновременно и величественен, и нежен, и незыблем, и хрупок, он как единый совершенный организм, который укрылся пушистым белым одеялом и уснул до поры. Повсюду мой глаз встречал местные растительные сообщества настолько живописные, что я невольно испытывала боль и стыд, когда, случайно задев за ветку, стряхивала с неё белые одежды, оставляя эту ветку голой и, тем более, когда была вынуждена ступать ногами по снежному покрывалу, поверхность которого непорочно чиста и кажется самим совершенством. Безупречная гармония зимы царствует в этом лесу, и словно в уважение к её торжественной красоте, на дне каньона безветренно и там удивительная акустика: слух улавливает все оттенки журчания протекающей через каньон реки, щебета невидимых птиц или каких-то ещё существ, сокрытых среди снежного лесного гардероба, и звучание этой природной симфонии в узком пространстве каньона, смягчённое вездесущим снегом, покрывающим там всё и вся, создаёт благостное ощущение, будто ты попала на торжественную службу в храм, созданный самой природой. Истинно, этот замёрзший Элизиум оказался не менее прекрасен, чем цветущий. Не смотря на зловещий сезон, красота этого леса захватывает дух и возносит его в божественные сферы!