Безликое Воинство (СИ) полностью

Я вспомнила слова Призрачного Рудокопа про тонкий механизм благополучной жизни, который разломали в слепом небрежении к духовным основам его одержимые переменами соплеменники. Но разве людям не следует приспосабливать природу себе на благо? Мы расчищаем заросшие джунглями площади под посевы, насыпаем отмели, чтобы выращивать морскую живность, раскапываем карьеры, осушаем болота, запруживаем реки. Такая деятельность свойственна людям, без повсеместных преобразований само существование человечества немыслимо. Хотя это и прискорбная необходимость, трудно себе вообразить, как человек может создать развитую техническую культуру, не изнасиловав и не сгубив при этом почти всё своё исконное природное окружение. Галш Талеса упомянул первую эорианскую цивилизацию. Нынешняя заповедная планета Эора, если я верно поняла, являет собой искусственно созданный мир, воспроизводящий начальный период как раз той незапамятной эпохи. Возможно, слова Галша про многообразие мира относятся к истокам духовной культуры эориан, о которой в Симбхале известно ещё меньше, чем об их материальной культуре.

Планета, на которую антиподы теперь привезли меня как на экскурсию, также известна как памятник эорианским предкам. Значит ли это, что эориане поклоняются предкам? В этом мире не найти памятников или мемориалов в том виде, как это встречается у нас. Также никто не видел здесь храмов или сакральных мест, где эориане поклонялись бы каким-то определённым святыням. Вместе с тем Эору постоянно посещают паломники (и Галш об этом упоминал), но они вроде обычных туристов, просто живут здесь какое-то время и любуются окружением. Можно сказать, что объектом паломничества у них является вся планета Эора как единый культовый объект. Имеются ли у эориан какие-нибудь религиозные культы? Бывавшие в этом мире мудрецы из глубин Геи пытались выяснить, каким богам поклоняются эориане, но никто не смог понять в верованиях хозяев Чертогов ничего, кроме того, что они признают трансцендентность Творца и основы духовной иерархии. Но как зовутся их боги и в чём состоит их культ, про то до сих пор неведомо никому, кроме, может быть, самих здешних хозяев. Попав сюда и увидев воочию, в каком окружении жили их далёкие предки, я начинаю думать, что всё сущее, от самого ничтожного до самого великого, и должно было стать для жителей этого удивительного леса божеством. Но эориане давным-давно эти леса покинули. Как развивалась их религия, когда их домом стала целая Вселенная?

В общем, опять загадки без догадок и вопросы без ответов…

Уже вечерело и в каньоне начали сгущаться сумерки, когда мы, расставшись с белым леоном, отправились дальше по тропе. Переходя через красивый каменный мостик с деревянным настилом — замшелым и потемневшим от времени — я услышала отдалённый шум, вроде шипения и рокота. Дальше по дороге он всё нарастал и нарастал, пока я наконец не поняла, что это громко шумит вода. Я подумала, что впереди крутой речной порог, но неожиданно мы вышли к месту, где стены каньона обрываются, а вода реки устремляется вниз. Шум издавал первый каскад высокого водопада — очевидно, того самого, который изображён на шпалере. Мы не дошли до самого водопада, а тут же выбрались из каньона, точнее поднялись вновь наверх. Подъём оказался таким же, как и спуск: мы вставали по очереди на пустую площадку, неведомая сила подхватывала нас и забрасывала на расположенный над каньоном выступ — вроде того, что на скальной террасе с домом. От выступа ведёт тропинка, в этот раз уводящая в глубь тамошнего леса. Наверху было гораздо светлее, чем в каньоне, и местное светило, стоявшее уже недалеко от горизонта, играло на снегу слепящими бликами. Прежде, чем мы углубились в этот лес, Галш сказал, указывая на невысокую скалу впереди:

— Вон за той скалой Драконий Уступ — отличное место, чтобы передохнуть и полюбоваться видами.

— А заодно понаблюдать за драконами: оттуда удобно смотреть, как они кормятся, — добавила Айка, лукаво мне улыбнувшись. — Это удовольствие Пикусик нам точно не сможет испортить.

Лес наверху заметно отличается от того, что растёт на дне каньона: он пореже, деревья не такие большие, встречается много прогалин. Я бы сказала, он представляет собой нечто среднее между тенистой многоярусной густотой, разросшейся вдоль реки, и безлесной площадкой террасы, где стоит каменный дом без крыши. Некоторые деревья и кустарники там обильно плодоносили, похоже, перед самой зимой, и Айка по пути срывала с них спелые замёрзшие плоды и складывала в невесть откуда взявшуюся у неё не то сумку, не то пакет. Они у неё там всю дорогу звенели и громыхали, словно камушки. Мы шли по тропинке довольно долго, постепенно поднимаясь и огибая скалу, на которую указал Галш, и в конце концов, когда эорианка уже набрала изрядную ношу из местных ягод и фруктов, мы вышли на другую сторону этой скалы, очутившись на довольно широкой и протяжённой площадке на краю обрыва. Это и был Драконий Уступ.