Если я всё верно понял, то, когда демоны приблизились к нам на две-три стадии, камеры вновь ослепли от ярких вспышек фосфора, и Туликай потерял визуальный контроль за обстановкой. Вскоре случилось неизбежное: у кормовой пушки закончился боезапас. Тем не менее, штурман выполнил последнюю задачу: он заставил уцелевших демонов (которых было ещё немало!) отступить обратно в джунгли. Вот только одна из их боевых машин то ли прорвалась, то ли собралась вновь из разрозненных частей; она вдруг появилась всего в паре стадий от «Киклопа-4». В нашей ситуации уничтожить её можно было только гранатами, подобравшись на расстояние броска, а для этого нам следовало выбраться наружу — как можно скорее! Но как только мы выбрались, оказавшись на палубе вместе с остальными членами экипажа, арматрон демонов ударил по «Киклопу» силовым лучом.
О, Близнецы! Даже не могу передать, насколько мощен был тот удар! Ракетоносец швырнуло в океан, в туче песка и брызг, закрутило словно брошенную гальку, и он очутился в итоге в нескольких стадиях от острова. Все мы, находившиеся на верхней палубе, тоже попадали в воду, но гораздо ближе к берегу — удар силового луча пришёлся в корпус судна, а нас не задел; в любом случае, мы не испытали его воздействие напрямую. Вернуться на пляж удалось всем, даже старому Вархису. Очевидно, нам тогда повезло: если бы по правому борту остались пусковые контейнеры, многим из нас в такой ситуации перебило бы ноги, но на наше счастье правый борт был без каких-либо препятствий, палуба просто резко улетела из под наших ног и мы отделались синяками и ссадинами. А демонический арматрон, таким образом буквально вышвырнув «Киклоп-4» с острова, как ни в чём ни бывало развернулся и уполз обратно в джунгли — выбравшись на берег, мы едва застали, как он удаляется в сторону отрога и скрывается там в дыму. Во время падения с меня слетела каска и ещё кое-какие мелочи высыпались из жилетных карманов, но мне удалось не растерять своё оружие. В момент удара винтовка и меч находились за моей спиной, а в жилете оставались две гранаты — зажигательная и осколочная. Наверное, проплыть с этим грузом я не смог бы и нескольких гексаподов, но меня бросило на мелководье, где вода едва доходила мне до пояса. Муштак и Нанда тоже сохранили свои винтовки, а Кинчи — мой академический меч, и все трое моих матросов ухитрились удержать на головах свои каски. Туликай с Путрой остались без огнестрельного оружия, без гранат и без касок, но сберегли мечи, с которыми не расставались ещё с прошлого объявления тревоги. Путра пытался найти свою винтовку в воде, так как она была с ним ещё на палубе, и Свен ему помогал в этих поисках, но усилия мотористов оказались тщетными — скорее всего, прибой сразу занёс «фергу» Путры песком так же, как и утерянные гранаты. Они нашли в итоге лишь одну каску — кажется, всё-таки мою, но её одел на себя Путра, а я не стал возражать. Зато штурман ухитрился сохранить в целости свой знаменитый большой морской бинокль. Нам тогда удалось в него разглядеть, что в результате удара «Киклоп-4» получил огромную вмятину в борту и лишился правого кормового двигателя. А вот другого прибора нам явно не доставало — прибора связи. Все они остались на «Киклопе» так же, как и бортовое радиооборудование. Мы теперь не могли связаться с нашими в лагере и доложить о случившемся или попросить помощи. Так мы неожиданно остались в восьмером на пустом пляже, при этом трое из нас — доктор и два помощника моториста — были гражданскими и даже не носили оружия. Да и сражаться толком эти трое не умели.
Над нами всё ещё висела эта туча с цветными разводами — демонический фронт, — хотя его передовые ряды миновали остров и двигались, как стало хорошо заметно, по ветру — на северо-восток. Я тогда подумал, что их привлёк радиоактивный след, протянувшийся от горы в том направлении. Фронт шёл на большой высоте и не удостоил нас вниманием: ни один аппарат от него, похоже, так и не отделился. Мы не увидели его надводную часть, впрочем, мы о ней даже не вспомнили.
Что мы могли предпринять в такой ситуации? Разумеется, только одно — отправиться вслед за своими товарищами в лагерь «Курая». До него было примерно семь миль по берегу, это часа два ускоренным шагом. Помнится, меня мучила мысль: как же я посмотрю в глаза Озаваку и другим, когда мы принесём им известие о потере «Киклопа-4» — единственной надежды на спасение с этого острова? Я не сомневался, что мы — трое оставшихся при судне офицеров — в этом виноваты, да и теперь не сомневаюсь: ведь мы не смогли отразить атаку демонических машин, а точнее проморгали одну машину, в результате потеряли судно, а сами при этом сохранили свои жизни и здоровье!