Как тут было
Айка Масс между тем продолжила вслед за Ниссой:
— Виланка, ты потихоньку становишься такой же, как мы, и я надеюсь, мы с тобой уже достаточно сблизились, чтобы доверять друг другу, — неожиданно серьёзно, без тени улыбки заявила она мне. — Да что там говорить, мы с Галшем к тебе привязались! Хочешь, мы прямо сейчас увезём тебя в какое-нибудь более интересное место?.. — кажется, ослепительная эорианка соблазняла меня на очередное авантюрное приключение.
Галш же выглядел не просто серьёзным, а даже немного грустным.
— Опять ты на неё давишь, — упрекнул он свою однокашницу, а затем повернулся ко мне: — Твои умственные способности за последнее время значительно улучшились, в частности, повысилась точность и эффективность твоего мышления. Для опыта это пригодятся. Но наш профессор считает, что ты не готова такой остаться, поскольку… скажем, твой духовный уровень может не поспеть за интеллектом, и гармония твоей личности нарушится. Хотя профессор, чтобы компенсировать разрыв, планирует продолжить твоё обучение, оно не будет интенсивным, и в итоге ты всё равно вернёшься в свой мир и в диапазон присущих ему норм. Сейчас ты сближаешься с нами, но вскоре вновь окажешься далеко от нас — не столько физически, сколько духовно и ментально. Виланка, для нас это действительно будет печально — вот так с тобой расстаться.
Вот так признание! Юноша и девушка из другого мира, ученики профессора Хиги, стоящие во всех отношениях выше меня, оба сожалеют о предстоящем расставании со мной! У моей души тогда словно выросли крылья! На этих крыльях я перелетела через собственную робость и спросила Галша:
— Поэтому ты считаешь предстоящий опыт печальным испытанием для меня?
— Ну… в общих чертах да. — Я увидела, что эорианский юноша и сам смущён. — Только не опыт как таковой, а всю твою миссию здесь.
Слышавший этот разговор долговязый Салинкар, вопреки своей ревнивой и надменной натуре, смотрел на меня, тепло улыбаясь и чуть ли не с умилением, чем, вообще-то, не так уж меня и удивил. Дело в том, что уже на второй день нашего пребывания в мире Эоры долговязый однокашник стал относиться ко мне заметно благосклоннее прежнего. Конечно, ему далеко до искренних братских чувств, но в нём больше нет того брезгливого высокомерия, которое я часто ощущала на себе, когда имела с ним дело в Симбхале. Явную перемену в его отношении я заметила после нашего краткого путешествия на Гею, но началось это раньше. Поразмыслив об этом, я пришла к выводу, что Салинкар изменился после того, как провёл какое-то время в Каменных Землях. Но тогда я едва обратила на него внимание. Я крепко задумалась о том, что же успело во мне измениться с тех пор, как кардинально поменялась моя судьба.