— Хорошо — Бойко принял решение и поднялся со стула — тогда действуем по плану. Анатолий, ты со мной?
— А можно я здесь пока побуду, хочу осмотреть все сам. Может, какую дополнительную технику для строительства пришлю и специалистов. Большой тут у вас фронт работы намечается, надо бы помочь.
— От помощи не откажемся, спасибо.
Атаман притормозил машину у высоченной опоры линии электропередач. На ее вершине заканчивали монтировать базовую станцию GSM-сети. Обычно для станций сотовой связи ставили специальные башни, но сейчас электричество по ЛЭП все равно не проходило, а месторасположение опоры было очень удачным. Михаил глянул наверх, там, прицепленные страховкой к площадке, работали два монтажника. У небольшого металлического модуля, стоящего чуть в стороне от опоры, под прикрытием кустарника, он увидел Сергей Прокопьева и пошел к нему.
— Привет, Сергей, как у вас?
Высокий блондин обернулся и, улыбаясь во все тридцать три зуба, протянул атаману руку — Привет, привет! Да заканчиваем уже наверху, а я тут аппаратуру налаживаю — он махнул в сторону модуля — запитать надо правильно, придется ведь мобильный электрогенератор использовать, так что эта станция не для постоянной связи. Ну а для надежности мы все с бэкапом делаем, сам понимаешь, что на кону стоит.
— Не жалеете еще, что с нами связались? И работать приходится и днем и ночью, да и потом…
— А что работа? Мы ее никогда не боялись, еще зимой безделье вот как надело! А на счет опасности, так времена нынче другие. Вряд ли можно от жизни куда сейчас сбежать. А эту раковую орденскую опухоль резать надо безжалостно, и именно сейчас, потом поздно будет.
— А что так? — удивился Михаил.
— Люди звери необычные, ко всякой дряни привыкают. Года через два структура Ордена утрясется, люди станут считать новую рабскую жизнь нормой. Несогласных и буйных потихоньку вычистят, найдутся тогда и первые карьеристы, которые пойдут по головам к успеху. Даже появятся креативщики, так сказать, новой модели жизни. Создадут под это дело идеологию, вырастят адептов, и дальше начнут все под себя подгребать. Вооружения то под Москвой полно: это пока специалистов мало, а года за два, три можно сотню другую выучить. Этот генерал-майор далеко не дурак: он сейчас любое внешнее сопротивление давит на корню, чтобы потом ему никто и пикнуть не смог. А когда Орден станет намного сильнее, впитает все людские анклавы в той «полосе жизни», уже с таким монстром, боюсь, нам будет не справиться.
— Интересные мысли излагаешь, Сергей. Пожалуй, соглашусь с тобой. Опасная структура этот Орден, и опасная тем, что будущего развития в ней нет. В такой системе нет места ни науке, ни искусству, ни культуре — только чистое выживание одних за счет кого-то. А ведь без нормальной духовной пищи душа человеческая отомрет, совсем люди оскотинятся. И во что такое безобразное там их структура трансформируется, даже не представляю.
— Правильные выводы сделал, Михаил. У нас поток мыслей в одном русле идет! — Сергей засмеялся — Пойдем, перекусим, Абармит над чем-то колдует.
Они прошли за модуль, чуть дальше у оврага горел небольшой костерок, на нем стоял самый настоящий казан, а рядом колдовал бывший шеф-повар китайского ресторана.
— Здравствуй, Абармит, чем угощаешь?
— Как говорят на Руси, чем бог послал, садитесь, сейчас в чашки разолью.
Бурят снял казан с огня и поставил на деревянную подставку, из стопки вынул пару чашек, напоминающих видом пиалу, зачерпнул ковшом еду, затем поднес первую чашку гостю.
— Угощайтесь, атаман.
Михаил благодарно принял пиалу и ложку, в посуде плавали куски настоящего мяса, кусочки лука и моркови, густо лежали нарезанные в виде ромбов большие куски макарон.
— А это что у вас такое?
— Да я тут что-то типа кулламы пытался сделать, это такая башкирская разновидность бешбармака — учтиво ответил повар.
— Угу — Михаил сделал вид, что понял — а мясо то у вас откуда?
— Мясо сублимированное, мы на складе МЧС нашли. Здесь карбонад свиной сушеный — Сергей передал Бойко пустую упаковку.
— Любопытно, а на вкус нормальное мясо, даже и не скажешь, что субпродукт.
— Мясо это самое настоящее — начал терпеливо объяснять Прокопьев — его просто правильно сушат, удаляют воду, и делают невозможным гниение. Тот же пеммикан похожим методом делается. Мы в походы часто его брали, дорогой, правда, продукт, поэтому сами делать научились. Да и те же брикеты с энергобатончиками у нас тоже были самодельные.
— Вот как? — задумался Михаил — А эти батончики сложно делать?
— Да нет, осенью можно будет небольшое производство запустить.
— А чего не сейчас?
— Да лучше, чтобы все свежее было: ягоды, орехи. Хотя если очень надо…
— Надо, Серега, надо. Проще будет разведчиков снабжать и «мародерщиков», да и ополченцам в сухпай положить. Найди Ольгу Туполеву, обмозгуете чего, да как.
— Ладно, договорились.
— А тут у вас ничего так, обжито — Михаил оглянулся. За модулем, где была размещена сама станция и генератор, стоял хорошо замаскированный шалаш, вполне жилого вида — Здесь дежурить, кто будет?
