На мгновение он взглянул Стеше в глаза с вниманием окулиста, а затем потерял к девушке интерес и принялся разливать чай по чашкам. Стеша же неожиданно растерялась! и, впервые на Евиной памяти, не нашлась что ответить.
Когда посуда была наполнена, Сапирштейн одобряюще закивал.
— О! Малина? Какой аромат! — Он поднёс к лицу одну из кружек. — Я, признаться очень малину люблю. Знаете ли, люди сильно недооценивают эту ягоду. В её составе множество полезных веществ.
Гость вдруг принялся рассказывать девушкам о пользе малины, о разнообразии её сортов и пищевой ценности вкусной ягоды с таким увлечением, словно более важных для обсуждения тем сейчас не существовало. Но самым удивительным было то, что обычно бескомпромиссная Стеша, слушая его, также стала совершенно спокойной. Увлечённая рассказом, она подсела к столу,Развернула конфету, сунула её себе в рот и стала запивать чаем. При этом периодически соглашалась с точкой зрения собеседника, что выглядело совсем уж на неё непохожим.
Постепенно мужчина перешёл на другие темы. Поведал о том, как лучше следить за своим физическим состоянием, не прилагая при этом особых усилий. Как правильно выбрать продукты питания и как сохранять в жизни душевное равновесие. Если не брать во внимание, рыщущих по деревне парней с явно недружественными намерениями, то глядя на компанию за столом, можно было предположить, что встретились если не родственники, то очень близкие друг другу люди. И они никуда не спешат.
— По глазам вижу, вы хотите у меня что-то узнать? — Переведя взгляд на Еву, произнёс Сапирштейн.
Та, молча, кивнула.
— Тогда я весь во внимании.
К этому времени Стеша доела вторую конфету. Она поставила чашку на стол, опустила взгляд и с безучастным видом принялась рассматривать свои руки. Ева вдруг отчётливо осознала, что их гость каким-то образом причастен не только к странному поведению Стеши, которую словно «выключили» из игры, но и ко всему с ней происходящему, поэтому спросила, самое очевидное.
— Кто вы?
Бенцион не спеша, явно смакуя вкус, пригубил ароматный напиток.
— Сейчас я не могу сообщить.
— Тогда я не отдам вам Книгу.
— Такая информация повредит многим из нас.
— Из нас?!
— Я не один.
— Вы можете выражаться яснее?
— Покажите мне ваши руки, Ева. — Неожиданно попросил он.
— Зачем?
— Покажите.
Девушка протянула перед собой развёрнутые к небу ладони. Не объясняя дальнейших действий, Бенцион сложил их вместе и накрыл сверху своими.
— Теперь посмотрите в мои глаза. И попытайтесь контролировать чувства. Иначе ничего не получится. — Сказал гость.
Ева не поняла, зачем это нужно, но сопротивляться не стала. Без колебаний выполнила просьбу.
Вначале она не замечала в глазах Сапирштейна ничего необычного. Глаза, как глаза. Серые, с чуть заметным зелёным оттенком. Но, когда их взгляды слились воедино и границы размылись, зрачки собеседника вдруг наполнились язычками горящего пламени. Голубыми, колышущимися по сторонам, будто от дуновения лёгкого ветра. От неожиданности Ева вздрогнула, но руки не убрала. Памятуя о просьбе мужчины, подавила секундный испуг. Усилием воли она оторвала взгляд от шевелящихся огоньков в глазах Бенциона и осмотрелась по сторонам.
То, что находилось вокруг, больше не было домом Стеши. От былого строения остались лишь стены и лестница на чердак. Да и то их размеры и цвет не соответствовали предыдущим. Вместо шести узких ступеней в Стешиной даче (Ева точно запомнила их количество) здесь их было двенадцать. А стены, взамен оклейки дешёвенькими обоями, кто-то обшил лакированным деревом.
— Теперь задавайте ваши вопросы. — Саперштейн не обратил внимания на шокированный вид своей собеседницы.
— Где мы? — Только и смогла вымолвить та.
— В альтернативной реальности. В пространственном коридоре, либо в ином измерении. Называйте это состояние, как угодно. Здесь нас никто не услышит. Мы вне событий и времени. Но не все целиком, а только лишь наше сознание.
— То есть моё тело осталось на прежнем месте?
— Да, для Стеши, вы всё ещё в её комнате. Как, впрочем, и я.
— Это всё опять ваши конфеты?
— И они в том числе.
— Кто вы, Бенцион? — Снова спросила она, — Всё это пугает меня!
Ева обвела глазами вокруг.
— Напрасно. Страх, самая первобытная и неразумная из эмоций. Он посещает человека только тогда, когда нет возможности что-либо логически объяснить. А на ваш вопрос я отвечу
— Что это значит?!
— Не, кто
Мало, помалу Еве удалось вернуть себе спокойное состояние. Что ни говори, а "Манифест" во многом её закалил.
— Бенцион, это ведь не настоящее имя? — Предположила девушка. — Как вас на самом деле зовут?
— Йэ.
— То есть вы… — Ева не смогла найти подходящего слова, — с другой планеты?