Неопределённое время в истории Земли. Стремительно, словно молния, дискообразный аппарат оторвался от земли и, в ту же секунду, растворился в небе. Ещё не успели осесть клубы поднятой пыли, как «Виман» сделал полный виток вокруг планеты. Пилот проверял летательный аппарат во всех режимах: то резко снижал скорость, до полной остановки, то также резко набирал её. В запредельных, для современного понимания, режимах, он неожиданно менял углы атаки, внезапно уходя в сторону…
Стремительно, словно молния, дискообразный аппарат оторвался от земли и, в ту же секунду, растворился в небе. Ещё не успели осесть клубы поднятой пыли, как «Виман» сделал полный виток вокруг планеты. Пилот проверял летательный аппарат во всех режимах: то резко снижал скорость, до полной остановки, то также резко набирал её. В запредельных, для современного понимания, режимах, он неожиданно менял углы атаки, внезапно уходя в сторону. Испытания шли по обычному графику, как вдруг что-то пошло не так: сорвавшись в крутое пике, «Виман» на полной скорости врезался в землю, зарывшись в неё на несколько метров.
Середина шестидесятых годов XX — го века. НИИ ядерной физики при секретной военной базе.
Институт построили прямо на месте неординарной находки. Интересовались учёные, не только ядерными проблемами. Как сказал руководитель проекта: «Всё имеет ядерную природу» и поэтому, НИИ бы стоило назвать университетом, так как не было, казалось, науки, которой бы не касались крутолобые учёные, в его стенах.
Седовласый профессор уже продолжительное время занимался изучением индийского эпоса в оригинале, для чего, ему даже пришлось усвоить санскрит. Он не раз жаловался на то, что это обучение стоило ему нескольких лет жизни, но генерала, курирующего проект, этим не прошибёшь. Военный, есть военный. Приказ, есть приказ. Первоисточники любезно предоставила Индира Ганди и, как сказал, один осведомлённый дипломат, вместе с эпосом втюхала целую кучу индийских фильмов. Не безвозмездно, конечно же. Плюс, на индусских чайных фабриках стали усерднее мести полы, чтобы полки советских магазинов не пустовали. Профессор штудировал рукописи, генерал орал на медлительность работ, а рядовые сотрудники НИИ потихоньку закладывали за воротник. Руководство не отставало.
Каких только схем летательных аппаратов в эпосе не было: Трипура, Шакуна, Рукма, Сундара — голова пухла у бедного учёного. Но самое обидное было то, что язык профессор худо-бедно освоил, а вот найденный аппарат не подходил ни под одно из описаний, подробно изложенных в древних манускриптах. И на счёт чертежей, профессор испытывал некоторое смятение. Его смущал футуристический вид отдельных образцов: или они изначально так конструировались, или их так изобразил древний художник, руководствуясь своими зрительными образами, основанными на видимой им действительности — окружающей летописца картине бытия. Как сказал один коллега профессора: «Если самолёт можно сравнить с птицей, то этак и ракету можно сравнить с…».
Наступило время первых испытаний. Предусмотрели, казалось бы всё, но, не учли главного: ни ускорение, ни гравитацию. Стремительным вихрем взлетев в небо, виман вернулся неуправляемым, на полном ходу врезавшись в землю. Закопавшись в неё на несколько метров, он теперь покоился на территории союзной республики, мирные граждане, которой, даже не подозревали об инциденте. Лётчики-испытатели погибли ещё в первую секунду полёта, не выдержав колоссальную пиковую перегрузку. Их буквально размазало по стенкам, как при мощном взрыве.
Прямо над воронкой возвели НИИ. Неподалёку построили атомную электростанцию. Профессора перевели сюда же, а курировавшего проект генерала — на север: настолько далеко, насколько позволяли тогдашние снежные границы. Важные правительственные задания всегда чреваты, как стремительным взлётом, так и сокрушительным падением. Профессора перевели в союзную республику потому, что заменить его было просто некем. Во-первых, он долго и нудно обучался специфическим научным дисциплинам, а во-вторых, он знал санскрит. Не выписывать же из-за границы тамошнего профессора! Русскому языку его уже, скорее всего — не обучишь. Тамошняя профессура поголовно штудировала английский и то — кое-как. Нужен переводчик, а это лишние уши. Тем более, что ни тот, ни другой не являлись носителями языка, а это создавало известный барьер. Вроде бы говорят одинаково, но, не понимают друг друга. И, наконец, в-третьих — это согласуется со вторым пунктом: чем меньше народа знает о проекте, тем надёжнее скрыта тайна.
В связи с международной обстановкой, такой летательный аппарат государству был просто необходим. Он давал фору не только истребителям четвёртого поколения с двумя плюсами — пятое поколение выглядит детской игрушкой, необструганной и необработанной напильником, хоть ни того, ни другого ещё и в конструкторских проектах немногочисленных КБ ещё не было. Как сказал один учёный в стенах секретного НИИ, такой «Виман» может один обеспечить электроэнергией целый город…
При испытаниях 1986 года, перегрев реактора «Вимана» спровоцировал обратную связь, вызвав в реакторе станции аварийную ситуацию, что привело к катастрофе.
