Здесь большинство из них, включая Старейшину Чэня и Старейшину Лянь. Вокруг них собрались несколько подмастерьев и кое-кто из прислуги. Чжан Цзин я среди них не нахожу, и сердце у меня обрывается. Я все-таки надеялась, что Цзинь Луань насчет сестры ошиблась. При нашем появлении все прекращают свои занятия и, повернувшись, впиваются взглядами в нас. Под их взорами мне становится почти так же неуютно, как в тот момент, когда я стояла на помосте перед всеми жителями нашего поселка. Это – мои товарищи и мои учителя, люди, рядом с которыми я работала каждый день. Они были обо мне хорошего мнения, но потом, из-за моих действий, их отношение изменилось. Это меня страшно угнетает.
Несколько мгновений никто никак не реагирует, и тогда я отпускаю руку Ли Вэя и почтительно подхожу в Старейшине Чэню. Я трижды низко кланяюсь, а потом говорю:
«Приветствую вас, Наставник. Прошу прощения за то, что ушла без дозволения. Сейчас я пришла, чтобы рассказать вам про все то, что я наблюдала за время моего отсутствия».
Старейшина Чэнь долго меня рассматривает, и я напрягаюсь, страшась того, что он сделает. Он вполне способен приказать, чтобы нас с Ли Вэем вышвырнули обратно в погруженный в хаос поселок, и будет по-своему прав. Пусть не я виновата в первых проблемах, возникших в нашем поселке, но последние определенно вызваны моими поступками.
«Это – правда? – спрашивает наконец Старейшина Чэнь. – То, что ты рассказала в своем отчете?»
«Все до единого слова, Наставник», – отвечаю я.
Он еще немного на меня смотрит, а потом, к полному изумлению – моему и всех остальных, – Старейшина Чэнь кланяется мне.
«Похоже, мы все перед тобой в большом долгу, – говорит он, выпрямившись. Его взгляд падает на Ли Вэя. – Перед вами обоими. Давайте поговорим о том, что вам известно».
Я польщена, взволнована и смущена: ведь к этому моменту я уже рассказала поселку все, что знаю. Действия города и армии для меня так же непонятны, как и для остальных.
Ли Вэй делает шаг вперед, кланяется Старейшинам и начинает говорить.
«Если позволите, я могу дополнить то, что вам рассказала Фэй. Я провел ночь в качестве одного из их пленников, которых вели к горному перевалу. Я не понимал охранников, но некоторые из них могли разговаривать знаками. А еще я познакомился с пленным (он из жителей плато), который научился читать по губам. Благодаря этому я кое-что узнал о том, что происходит».
«Безусловно, – откликается Старейшина Чэнь, – продолжай».
«Когда им стало ясно, что Фэй удалось вернуться, они решили сделать марш-бросок по перевалам, с солдатами и несколькими пленными из той деревни. Похоже, они получили этот взрывающийся порошок уже какое-то время назад, так что давно могли бы расчистить перевалы».
Несколько мгновений мы все испытываем глубокий шок. К этому моменту жестокость города уже не должна была бы удивлять… И все равно я потрясена. Мы так долго находились в зависимости от подвесной дороги, не имели никаких перспектив, кроме добычи металлов ради выживания. Если бы перевалы были расчищены, нам стали бы доступны торговля и путешествия, не говоря уже о тех плодородных долинах, которые возделывали наши предки. Но в этом случае, будь у нас такие свободы, король и город лишились бы источника металлов.
«Тогда зачем они сейчас их открыли? – спрашиваю я. – Они ведь теряют свою власть над нами! Если мы сможем уйти с горы, нам больше не нужно будет работать в шахтах ради продуктов. Они перестанут получать металлы».
«Вот почему они прислали сюда солдат… и других пленных, – объясняет Ли Вэй. – Они решили усиленно поработать в шахтах, используя наших людей и тех бездомных шахтеров, чтобы добыть как можно больше металла, пока солдаты будут нести охрану и вынуждать нас покоряться. Они хотят как можно быстрее исчерпать запасы шахты, пусть даже при этом мы все погибнем».
«И все это потому, что мы узнали правду? – недоверчиво спрашиваю я. – Потому что я вернулась и всем рассказала о том, что происходит?»
Тут Ли Вэй неожиданно мнется, переводя взгляд с меня на остальных слушателей.
«Дело не только в этом».
«А в чем еще?» – изумляюсь я.
«Солдаты допросили Нуань, – говорит он. – Они узнали твой секрет».
Я понимаю, что он осторожничает, стараясь меня уберечь. Однако сейчас тот секрет, который он упоминает, волнует меня меньше всего.
«Я могу слышать, – сообщаю я остальным, готовясь встретить их недоверие. Большинство смотрят на меня так, будто решили, что неправильно меня поняли, так что я поясняю: – Это правда. Я слышу точно так же, как наши предки».
«Что еще за ложь ты нам навязываешь?» – возмущается Шэн.
«Я не лгу, – отвечаю я. – Я сама не знаю, как это получилось, и понимаю, что это кажется безумием. Но я могу пройти любую проверку и доказать это».
«Это правда, – подхватывает Ли Вэй. – Она это уже доказала. Расскажи им про твой сон».
Он сжимает мои пальцы в знак поддержки.
На лицах присутствующих отражаются смешанные чувства: изумление и открытое недоверие. А вот Наставник Чэнь явно задумался.
«Это произошло в тот день, когда ты из-за нездоровья осталась дома?»
