Безмолвная полностью

Усевшись перед компьютером с бокалом вина, я послала эсэмэску с кодом активации. Чувствовала, что мне становится все жарче и жарче, но не из-за алкоголя. Волнуясь, я ждала, когда на экране появится желанная строчка текста и я унесусь отсюда. Слова имели силу, преобразующую реальность. Особенно потому, что мир, в котором я жила, был убогим и жестоким; в нем властвовали кулаки.

Легко качнувшись вперед-назад, я выпила и начала водить бокалом по столешнице. Только теперь до меня дошло, что я веду себя как «голодающий» наркоман. Неужели я так быстро попала в новую зависимость?

Пока я пыталась ответить себе на этот вопрос, в «РИЧ» появился Дамиан. Я облегченно вздохнула, убедившись, что ему таки удалось вывернуться.

(Ж. Верн) Вроде вовремя?

(Кас) Да.

(Ж. Верн) Когда мы об этом условились?

(Кас) При первом разговоре.

(Ж. Верн) Не припомню, чтобы кто-то меня спрашивал…

(Кас) Потому что тебе нечего было сказать.

«Точно так же, как и мне», — добавила я мысленно. Роберт был очень придирчив к тому, сколько времени и когда я трачу на работу с компьютером, на совместный с ним просмотр телесериалов, на выход на террасу…

Я всегда считала, что у нас более богатый язык по сравнению с англичанами или американцами, однако их выражение control freak превосходно. Оно звучит намного выразительнее слов «фанатик», «маньяк» или «приверженец» контроля. Ни одно из этих слов не раскрывает суть обозначаемой ими проблемы, гвоздем которой является тот факт, что человек, определяемый таким образом, попросту сумасшедший.

(Ж. Верн) Так или иначе, но я, наверное, должен радоваться тому, что ты включила меня в свой ежедневный распорядок.

(Кас) Может быть.

(Ж. Верн) Потому что ты, очевидно, такая же, как и все, кто имеет собственные фирмы. Работаешь двадцать четыре часа в сутки. Наверное, даже сейчас сидишь в жакете и юбке в каком-нибудь бюро с застекленными стенами?

(Кас) Откуда такая уверенность? Может, я сижу в ванне с ноутбуком на коленях…

Я ждала случая, чтобы написать это. Пристально вглядывалась в экран, но ответа не было. Представила легкую усмешку Дамиана, увидевшего, как я огрызнулась.

Очередное сообщение появилось лишь через минуту.

(Ж. Верн) Спасибо.

(Кас) За представленный образ?

(Ж. Верн) За цинизм. Если б не это, я не был бы уверен, что и вправду все просрал.

(Кас) Действительно?

(Ж. Верн) Даже не представляешь, насколько.

Я машинально выпила. Движение было естественным, самопроизвольным. Глотки вина стали для меня столь же естественными, как вдохи и выдохи.

(Кас) Как тебе удалось удрать?

(Ж. Верн) Благодаря хитрости, предусмотрительности и гениальности.

(Кас) Или повезло?

(Ж. Верн) Не совсем. Кое-кто мне помог.

(Кас) Кто?

Ответ не приходил так долго, что мне показалось, что мой вопрос попросту проигнорировали. Или что-то случилось. А может, Вернер решал, стоит ли мне доверять?

Через минуту я вынуждена была признать, что ответа уже не дождусь.

Задумалась над тем, кто мог протянуть Вернеру руку помощи. Информация, полученная относительно него от Клизы, обрисовывала человека, который может рассчитывать только на себя.

В определенный момент он влез в кокон автономного существования — или, скорее, его видимость. После утраты Евы не подпускал к себе никого, от всех отдалился. Трудно было представить кого-то, кто в критической ситуации поверил бы в него так сильно, что стал противодействовать полиции.

Еще с минуту я смотрела на пустой экран. Потом написала:

(Кас) Ты здесь?

(Ж. Верн) Да.

(Кас) Я спрашивала, кто тебе помог…

(Ж. Верн) Сам не знаю.

(Кас) Не поняла…

(Ж. Верн) Это нормально для таких людей, как ты.

Я вскинула брови.

(Кас) Что это значит?

(Ж. Верн) То, что ты воспитывалась в богатой семье и стартовала в жизни как стопроцентный победитель. Остальные должны были проходить игру с нуля.