Из экипажа нас встречает молодая особа в костюме горничной, но её наряд никаких неприличных ассоциаций не вызывает — чисто функциональная одежда, максимально прикрывающая все части тела. Она кланяется и приветствует прибывшего господина. Тот, в свою очередь, даёт ей распоряжение на мой счёт:
— ИнЧжи, проводи мою гостью в её каюту. Обед через час, пусть она приведёт себя в порядок.
— Слушаюсь, сачжанним ЧжунСок-сии, снова кланяется та. — Прошу, пройдёмте, — добавляет она мне.
«Кажется, мне не оставляют выбора» — решаю, следуя за ИнЧжи длинными, отделанными деревом и металлом, коридорами. С другой стороны, я не успел позавтракать, и что-нибудь перехватить уже не кажется плохой идеей. Пусть даже в компании чёболя. Лишь бы это было съедобно.
В каюте, больше смахивающей на номер-люкс в пятизвёздочном отеле, меня поджидает очередной сюрприз — чёрное коктейльное платье на бархатном покрывале двухспальной кровати. А возле него, в коробке, пара туфель на шпильке.
«Да вы издеваетесь⁈»
Показываю на обновки и характерным жестом предлагаю ИнЧжи убрать их подальше. Переодеваться в них я точно не стану.
— Сачжанним ЧжунСок-сии просил, чтобы вы надели его. Это подарок.
«А может мне перед ним чечётку сплясать?» — мысленно хмыкаю в ответ.
Снимаю очки и повторяю жест, но уже настойчивее. Стараюсь придать взгляду ту суровость, что давеча, в квартире айдолки отпугнула ачжумму.
«Сейчас как закачу скандал, разберу нафиг это корыто на запчасти!»
Срабатывает. Девушка, испуганной ланью кидается к кровати, хватает подарки и скрывается с ними за дверью. Я же, закрываю дверь на замок, для надёжности подпираю стулом, раздеваюсь и иду в ванную. Дома мне было не до душа, так что, освежиться не помешает. Плещусь долго, ибо занять себя целый час просто нечем. Сотовый здесь, ожидаемо, не работает, а идея завалиться покемарить до обеда не находит положительного отклика у организма.
Выходя из ванной, ногами ощущаю лёгкую вибрацию, означающую, что яхта пришла в движение. На ум приходит совершенно дурацкая мысль откуда-то из детства, судя по всему:
«Вот бы порулить этой махиной. Почувствовать себя капитаном дальнего плавания, совершить кругосветку…. Хорошо быть богатым!»
Но тут же спускаюсь с неба на землю. Вряд-ли Лиру допустят до управления яхтой. Во избежание эксцессов. А если пробраться тайком, пока на мостике никого нет, если такое вообще возможно, не то, что походить на ней не смогу, я этот аппарат даже не заведу. Так что, о капитанской карьере, пусть и краткой, можно забыть. Зато не стоит забывать у кого я в гостях. Этот тип гражданской наружности однажды меня провёл — заманил сюда. Неизвестно, что он ещё может придумать. Например, обидится на отказ принять подарок и высадит где-нибудь, без денег и связи. Добирайся потом домой автостопом. Но ведь не объяснишь человеку, что я не умею на каблуках стоять, да и в принципе, носить столь элегантные вещи. Не говоря уже о том, что это прямая дорога к усложнению ситуации. Увидит нарядную Лиру и голову потеряет. А мне такие заигрывания с противоположным полом категорически не нужны. Конечно, попади в это тело женщина, наверняка бы она прибегла к столь древнему трюку обольщения. Но тогда, это была бы игра не по тем правилам, которые я установил.
В дверь осторожно стучатся. Это ИнЧжи приходит сообщить, что кушать подано и их сиятельство ждёт. Что ж, не стоит опаздывать во второй раз за день. Где-то я слышал, что это не по-королевски….
По лестнице мы поднимаемся палубой выше и попадаем в длинный зал, с отделкой в красно-чёрных тонах. Ряды столов и барная стойка намекают, что здесь обосновался ресторан. Моя сопровождающая оставляет меня в компании скучающего чёболя, и лишь отдаляющееся шуршание её подола напоминает, что кроме нас с ЧжунСоком на корабле ещё есть присутствующие.
Парень занимает столик возле окна. Либо, ему уже сообщили о моём капризе, либо, не ожидал от своевольной девчонки иного. Во всяком случае, удивления, при виде Лиры в повседневных шмотках, он не выказывает.
— Я, почему-то, так и подумал, что ты не оценишь мой подарок, и распорядился, чтобы ИнЧжи не пыталась тебя уговорить. А жаль. Было бы забавно посмотреть, как ты ешь в этом платье, — подтверждает он мою мысль, и, в тоже время, заставляет нехило напрячься — «Это что ещё за фетиш?».
На мою удивлённо поднятую бровь он отвечает двойным хлопком в ладоши.
«Позёр. Мог бы и звонком обойтись» — выказываю я своё мысленное «фи», наблюдая за приближающимся официантом. Тот, катит перед собой сервировочную тележку, но всё съестное на ней прикрыто крышками, от любопытных взглядов. Моих, например. И не спроста. Когда он жестом фокусника снимает серебрёные железки с подносов, становится ясно, что имел в виду ЧжунСок.
«Никакой он не фетишист, он просто потешается над доверчивой дурочкой, коей Лиру считает. Вот козёл!»
