‘Сколько же тут всего. И ведь я ничего не забыл, я помню, как здорово мы проводили время. Пожалуй, он единственный мой настоящий друг. Раньше я говорил, что не уверен в этом, но теперь не сомневаюсь. Потому что на этих фотографиях настоящие улыбки. Мы ведь вдвоём решили, что хотим как-то помочь людям, что нынешняя система не справедлива. Я не покидал его, но он, в отличие от меня, с компами не дружил, так что свой крестовый поход по взлому угнетателей я начал один. Я никогда ничего подобного не имел ввиду, но и ему, и мне было понятно, что он не может мне как-то помочь. И через какое-то время он знакомится с компас. Тим просто восхищался ими, сразу же вступил в их ряды, делал всё, чтобы его замечали. Когда я об этом узнал, мы серьёзно поругались. Я пытался ему объяснить, что с ними нельзя работать, но он решил, что я завидую. После того разговора мы очень стали реже общаться, а встречаться на улице так вообще перестали. Дальше ты сам знаешь.
Вот, что успех может сделать с тем, кто всегда ощущал себя ненужным. Я никогда не зазнавался своими победами, потому что был занят тем, как эти победы помогают людям, поэтому как бы высоко я не оказался, я всегда смотрю вниз, чтобы увидеть, что происходит с теми, ради кого так стараюсь, как это на них отразилось. Но Тим не смог, он только хотел, чтобы я признал его, что он тоже помогает и идёт против системы. Вместо этого, я попросил его отказаться от единственного, по его мнению, способа помогать другим. Сука, почему всё так закончилось, почему? ’
Аргент вспомнил о своём обещании улыбаться перед Мариной Александровной и вернул обратно улыбку. Фотографии этому помогали.
‘Но что за папка с восклицательным знаком? Надо бы… ’
Аргент резко повернул голову ко входу в гостиную. В дверном проёме стояла девушка: тёмные волосы, зелёные глаза, овальное лицо, стройная фигура, скорее всего, сравнимого с Аргентом возраста. Он не понимал, кто это. Сама же девушка немного испугалась.
– Я вроде тихо подошла, – сказала она весёлым, хоть и немного напуганным голосом.
– У меня нечеловеческий слух, – ответил Аргент, на что девушка рассмеялась. Вот только Аргент не шутил, хоть и говорил с улыбкой и весёлым тоном.
‘Походу слух у меня тоже «модифицированный». Я бы никогда не заметил, как кто-то проехался ногой по ковру и провёл рукой по деревянной двери. ’
Она села рядом с Аргентом и посмотрела на экран ноутбука. Там она увидела только рабочий стол, он всё свернул.
– Как тебя зовут? – спросил Аргент.
– Ой, да, прости, я Эльза, сестра Тима. Мы ни разу не виделись.
– А, да, я помню, он иногда говорил про тебя.
‘Получается, ей 16 лет, если я правильно помню. ’
– Да, о твоей семье он тоже мало чего знал. Похоже вы подсознательно обходили эти темы.
Эльза повернула голову к двери. Убедившись, что там никого нет, её лицо стало серьёзным.
– А вот о тебе и желании спасать мир и прочие ваши бредни я хорошо знаю. Желание повлиять на всех, бороться за справедливость, я к этому не относилась серьёзно до того момента, как подкупленные судьи на соревнованиях не начали терять деньги и получать обвинения во взяточничестве во многих лагерях, где у меня остались знакомые. И когда Тим сказал, что это твоих рук дело, я восхитилась. Мы с ним довольно близки и много чего о друг друге знаем. Но вот, он вступил в этот компас и рассказал мне про вашу ссору, про твою зависть. Но когда я увидела, с какими глазами он рассказывает про компас, и как он начал стремительно отдаляться от меня, я поняла, что ты был прав. Хотела тебе позвонить или написать, но постоянно откладывала. Может, если бы я это сделала…
Она отвела взгляд.
Аргент этого не показал, но он испугался такой осведомлённости. Ему не понравилось, что Тим слишком много ей рассказал. Хоть и допускал, что с родственниками и друзьями обычно так и поступают – доверяют им, чего Аргент делать не умеет. Но сейчас он видел, что ей нужна помощь, и что она винит себя.
– Ты ни в чём не виновата.
– То есть ты знаешь, кто виноват? – Эльза подняла голову и посмотрела на Аргента лицом маленькой девочки, которая готова в любой момент разреветься, – Пожалуйста, ты же его друг, ты должен что-то знать. Это как-то связано с компасом? Я верю, что он жив, так что чем скорее ты расскажешь, что знаешь…
– Он мёртв, – голос был холодный и твёрдый.
Аргент сказал это машинально, смотря в пол. Опомнившись, он посмотрел на Эльзу. Она смотрела прямо в глаза Аргента.
– Откуда такая непоколебимая уверенность? – отрывисто проговаривая каждое слово, спросила Эльза.
Аргент растерялся, не знал, что делать.
