В определении образа она со мной солидарна. Вот же стерва! Ей, похоже, недостаточно жёстко контрастировать со мной. Решила испытать меня на стрессоустойчивость? Я готова.
– Вы ведь знаете, Диана, я умею быть разной, – даже в собственных ушах мой голос звучит божественно. Она должна гордиться своей ученицей.
– Вижу, что умеете, – улыбается лишь уголками губ, но напряжение начинает отпускать меня понемногу.
– Это лишь моя первая попытка, но я не намерена сдаваться, – я стойко выдерживаю жутковатый огненный взгляд.
– Я так и думала. Тогда предлагаю Вам, Элла, обсудить это в моём кабинете.
Я согласно киваю и бросаю короткий взгляд на Женю. Всё, что мне нужно, я успела услышать из его разговора.
Стук Дианиных каблучков гулким эхом отражается от холодных стен полупустого коридора. А я бесшумно следую за ней в сапожках на каучуковой подошве, и от контраста между нами меня разбирает смех. Наверное, это странно и смеяться надо Диане, а мне впору плакать. Но мне отчего-то весело – похоже, это нервное, а возможно, от предвкушения… Пока не уверена. Зато я точно знаю, что не дам в обиду свою серенькую Эллочку и намерена стать её надёжным щитом.
Неожиданно из какого-то кабинета нам навстречу выскочила молодая светловолосая женщина. Она прижимает к уху телефон и хихикает в невидимое ухо своему собеседнику. Радостный щебет прервался, как только её глаза остановились на нашем дуэте. Женщина едва скользнула растерянным взглядом по моей скромной персоне и вытаращилась на Диану.
– А я… в туалет... Здравствуйте, – пробормотала блондинка и спрятала мобильник за спину, как провинившийся ребёнок.
Занятно и... удручающе. Впрочем, моя спутница лишь коротко кивнула женщине и продолжила свой путь. И я за ней. Здесь что, для того чтобы пописать, непременно надо у леди Ди отпроситься? А мне тогда у кого? Я с негодованием уставилась Диане в затылок – вот же вампирша!
По лестнице мы поднялись на этаж выше и ещё целую минуту двигались по коридорным лабиринтам в гробовом молчании. Когда Диана распахнула дверь, впуская меня в свой кабинет, навстречу из-за стола поднялся маленький смешной человечек.
– Оди, познакомься, это Элла, новая помощница Александра Андреевича.
– Элла, а это Одиссей, мой адвокат и самый гениальный юрист. Иногда вам придётся пересекаться.
Маленький пухлый и очень стильный очкарик сдержанно поздоровался (вероятно, привык к похвале), и я ответила в том же духе. Но молодой гений, тут же забыв обо мне, обратился к Диане:
– Ди, я всё проверил и сделал отметки! На свалку вашего юриста, пока он вас по миру не пустил, это же…
– Я поняла, Оди, но тогда начальника отдела тоже на свалку. Оставь документы и пусть с ними Ланевский разбирается. И спасибо, милый, – Диана обняла колобка и он, прощаясь с нами, сиял, как новенький золотой.
Вот как – оказывается, и ласка ей не чужда...
Мы уселись друг напротив друга по обе стороны стола.
– Что за маскарад, Элла? – без предисловий спросила леди Ди.
Я была готова к подобному вопросу, но всё равно растерялась, поняв, что мои домашние заготовки прозвучат неубедительно. И Диана мгновенно воспользовалась моей заминкой, озвучив собственное предположение:
– Очень неожиданный выбор образа для той, кто так мечтал приблизиться к объекту своих грёз.
– А Вы считаете, что в натуральном образе у меня были шансы?.. – слова «рядом с Вами» так и остались невысказанными. Но почему-то оказались услышанными.
– Вы его ревнуете ко мне, Элла?
Вопрос повис в воздухе, наполняя его напряжением. Наверное, я не ошибусь, если промолчу, ведь ответ ей понятен без слов.
Мне стыдно, а ещё я очень злюсь на Дианину прямолинейность и неделикатность. Но встречаю её невыносимый взгляд и не намерена опускать глаза. Стерва!
– Вам нравится быть кукловодом? –
– Определённо, в этом есть свои плюсы.
– А разве чужие зависть и страх – это плюсы? Да Ваши служащие даже в туалет боятся выйти без Вашего разрешения!
– Скажите, Элла, а Вы бы стали спрашивать разрешения, чтобы, пардон, сходить в туалет?
– Нет, конечно.
– Ну вот и ответ на ваш вопрос. Это не мои минусы. Просто некоторым людям нужен кнут, они не способны принимать самостоятельные решения и очень боятся отбиться от стада. Страх не достоин уважения, его порождают человеческие сомнения и бездействие. И зависть, Элла, оттуда же. Это изнаночная сторона успеха. Тебя будут жалеть все, пока ты жалкий и беспомощный, но стоит лишь расправить крылья – и рука, ещё вчера подающая милостыню, бросит тебе камень в спину.
– Вы это серьёзно? Но ведь не все люди такие...
