Сегодня снился синий май.
Среди зелёных, пышных крон
Виднелся неба тонкий край –
Шершавый, весом в тыщу тонн.
Забытый май вскипал грозой,
Мочил кого-то без зонта.
Смотрю: стоит поэт немой,
Поодаль — дамы без лица.
В далёком мае, из обид,
Безликим (из "последних" сил),
Поэт напишет, как любить,
Хотя ни разу не любил.
Ты красива, как Россия,
Как берёзы, как метель,
Как покой и как стихия,
Как январь и как апрель.
Ты красива, как Россия…
Глаз твоих янтарь горит,
Словно факел в ночке синей,
Словно Солнце шло в зенит.
И, наверно, отблеск карий,
Чище вдоха пред грозой,
По волнам меня, как камень,
Каждый день несёт домой.
Груду поломанных мечт
Я перестроил в тюрьму.
Где-то пробоина-течь,
Где — я и сам не пойму.
Тёмные воды надежд
Мне не дают убежать.
Где же пробоина-течь?
Как бы её залатать?
В сотни железных дверей
Бьются полсотни меня –
Тонут, кричат: «Поскорей!
Каждая дверь, как стена!»
Хватит терзать мою голову,
Хватит дышать мне в затылок! –
Хочется высказать прошлому,
Оно не примет посылок.
Хватит наступать мне на пятки,
Хватит писать мои книги!
Хочу сыграть с тобой в прятки,
Дай сдержать мне интригу.
Чёрная плесень стихов –
Вязкая, скользкая жижа,
Сколько потратила слов,
Сколько придумала жизней?
Чёрная плесень стихов
Пачкает стены подъездов,
Пачкает крыши домов,
В ранах кипит и порезах.
Чёрная плесень стихов
Едет в скрипучих колясках,
В венах детей и отцов,
В склепах, законах, обрядах.
Родина смотрит из рвов
Взглядом, заплывшим со страху,
И чёрную плесень стихов
Лепит на язвы, как вату.
Эй, Голубое-бескрайнее,
Дай получить мне ответы!
Нынче честна́я компания:
Утро, рассвет, сигареты.
Только они молчаливы –
Душат своей красотой.
Если б они и могли бы
Выразить, кто я такой,
То, Голубое-бескрайнее,
Строк твоего безразличия
Мне бы хватило — преданием
Пусть остаётся величие.
Я был готов молчать
И тихой поступью идти
Туда, где не найдёт печаль,
Туда, где только я и ты.
Я был готов молчать,
Но ты молчать же не умела.
На моих устах — печать,
В твоих глазах — Dum spiro, spero.
И я надеюсь, и дышу,
Пока подвластны силы, время,
Пока свирепую вражду
Мы затаили тёплым пеплом.
И вот, глотая крепкий чай,
В кругу привычных серых дел,
Я так люблю сидеть, молчать,
Но тишина — не твой удел.
Я иду среди материй
Тёмных, светлых и пустых,
Мимо смерти, вдоль рождений,
По следам машин, копыт.
И навстречу мне возникли
В нише таинств и пустот
В две шеренги, как полипы,
Люди, а точнее, сброд.
Сколько их? Не видно края.
Знаю: цепь стоит в ларёк.
Я пополнил эту стаю
И дождался свой черёд.
За окошком в шесть мизинцев
Встретил взглядом без зрачков,
Но зато в огромных линзах,
Страж времён, хранитель снов.
Я спросил: "По чем эпоха?"
Он ответил: "Две войны".
— Это вроде как-то много.
— Ну, не хочешь — не бери.
Есть чуток ковидной гнили.
— Мне бы правды граммов пять…
— Правды нет. Её купили.
Мнений много. Будешь брать?
***
За толстым дымом сигарет,
Я вижу, будто воду в дождь:
Не за горами наш рассвет,
Но лишь начало взя́ла ночь.
***
Моя любовь к тебе домчится вьюгой, –
Вьюгой слов, цветов горой.
Она пришла зимой угрюмой,
И расцвела, как сад весной.
***
Я бродил и мечтал,
Истину кроя, как рванные брюки,
Плавя её, как металл,
Путая книги, страницы и буквы.
***
Как в свои семнадцать лет,
Во дворах туманных,
Снова вижу рыжий след,
Прячу дни в карманы.
***
Всё необъёмное, ненастоящее,
Город картонный, но тронешь — бетон.
Льётся бездумная ночь уходящая.
Уши пронзает язвительный звон.
***
Оправдание лени сидит в голове.
Оббивая порожки зелёной воды,
Большерукая гадость несёт по реке
Воспалённую память в забытых сады.
***
Мне весна милее в сердце,
Чем весна в моём окне.
Лучше, друже, сердцем греться,
Чем озябнуть в октябре.
***
Посмотреть бы в родное окошко
Молодыми глазами, и в раз
Ощутить то же самое солнце –
Золотой беззаботный каркас.
В начале своего творческого пути, я, как и большинство самоучек, писал откровенно слабые, неритмичные, безразмерные стишочки, набивая их самыми избитыми клише, неосознанно копируя кумиров. В начале 2019 года вышел мой дебютный сборник «Memento!», в котором, спустя время, я разочаровался. Тогда я ещё не знал, что поэзия — не просто так называется искусством, что стихотворение — это не просто зарифмованные строчки, а чёткая структура со своими правилами и нюансами. Я начал учиться писать стихи и учусь до сих пор. Сейчас, вспоминая «Memento!», часто в шутку говорю, что это памятник моему юношескому максимализму.
