Краснея и запинаясь от своей ничтожной компетентности (ведь так неловко, когда она является результатом явного отсутствия сообразительности), автор стал рассказывать соответствующему Начальнику, в какое нелепое положение попадают министерства, которые вынуждены планировать своим объединениям, которые в свою очередь вынуждены планировать своим предприятиям встречные перевозки одинакового металлолома.
— Знаю, — сказал Начальник. — Это безобразие. Допускать такое ни в коем случае нельзя.
— Значит, все в порядке? — воскликнул автор. — Значит, можно написать в газете, что ничего подобного впредь не будет, что Госплан будет полностью учитывать потребности министерств и объединений в собственном металлоломе? Воображаю, как обрадуются в министерствах и ведомствах!
— Не торопитесь, от Госплана это зависит далеко не полностью.
— Но от кого же? — с замиранием сердца спросил автор.
— От объединений и министерств, — ответил Начальник.
Из дальнейшей беседы автор уразумел, что если бы министерства при обсуждении планов вовремя указывали, что такая-то часть металлолома будет использована их предприятиями на собственные нужды, Госплан бы это учитывал.
Кроме того, автор с интересом узнал, что есть еще одна замечательная возможность борьбы со встречными перевозками металлолома и состоит она в том, чтобы все министерства планировали своим объединениям — а те предприятиям — сдачу амортизационного лома не «по факту», т. е. по количеству, сданному в прошлом году, а в соответствии с планами замены и реконструкции оборудования. Это наверняка в одних случаях обнаружило бы скрытые резервы, а в других — устранило искусственный дефицит металлолома, который нередко покрывают за счет металлургических предприятий.
Вот теперь все ясно и убедительно до предела. Неясно только, почему эта ясность не овладела еще умами плановиков во многих министерствах и объединениях. Может быть, тут есть какая-то скрытая от автора причина?
И тут, надо сказать, автор глубоко пожалел о том, что ввязался в эту историю с металлоломом. Честно говоря, он рассчитывал встретить на своем пути хотя бы одного-единственного головотяпа, этакого сказочного упрямца, который свято верит в разумность и необходимость встречных перевозок и готов отстаивать их до победного конца. Ах, какой это был бы прекрасный сатирический образ! Какими убийственными могли бы стать его литературно-деловые характеристики! До какого великолепного абсурда можно было бы довести его смехотворную приверженность к заведомо нелепым решениям!
Но, как видите, упрямца нигде не оказалось, никто нигде не попытался отстоять очевидную нелепость. Все были категорически против. И тем не менее нелепость продолжала существовать. Тысячи железнодорожных вагонов, тяжело груженных одинаковым металлоломом, со свистом и колесным перестуком мчались по просторам страны навстречу друг другу. И только красные шапочки дежурных по станции отдаленно роднили эту картину со сказкой.
Как вы думаете, какая профессия самая перспективная в райцентре Новоколдобинске, кому здесь будет принадлежать пальма первенства в 2000 году?
Наладчикам станков-автоматов?
Операторам электронно-вычислительных машин?
Физикам с атомным уклоном?
Химикам на молекулярном уровне?
Нет, пальма первенства в городе Новоколдобинске будет принадлежать в 2000 году… кочегарам. Каждый четвертый работающий будет вынужден гордиться именно этой профессией.
Автор делает такое довольно смелое предположение на основе простейшего анализа статистических данных. Судите сами. Ныне примерно треть Новоколдобинска живет в общественном секторе, который отапливается небольшими котельными. Таких котельных в городе 68. Их обслуживают 550 кочегаров, что составляет 7,3 процента работающего населения. При увеличении общественного сектора в жилищной застройке до 90—100 процентов (а именно таковы планы) и сохранении нынешней системы отопления (а именно таковы перспективы) удельный вес кочегаров в трудовом балансе города приблизится к 25 процентам. Вот вам и каждый четвертый!
Кстати, если вы думаете, что Новоколдобинск является редчайшей энергетической аномалией, вы глубоко заблуждаетесь. Там по крайней мере вокруг одной котельной греется в среднем по 294 человека. А в райцентре Светлое число греющихся снижается уже до 271. Что же касается райцентра Кочки, то оно тут и вовсе достигает 193. А это значит, что к 2000 году в Кочках может оказаться кочегаром уже каждый третий.
А откуда он возьмется, этот третий?
Нет, конечно, если молодежь возьмет шефство над Кочками, выступит с почином и пришлет сюда энтузиастов из других городов и районов области, то дело пойдет. Но если и в других городах и райцентрах положение сложится не лучше кочкинского? Ведь число карликовых котельных здесь неуклонно растет.
