После минуты молчания и игры в гляделки, Кира пожала плечами и сказала:
− Ты хочешь обидеть меня? Пытаешься доказать что-то?
Раздраженный тем, что на самом деле в этом была доля правды, я посмотрел на Киру.
− Тебе?.. Нет… Ничего!
Может, и правда пытаюсь.
Когда я отошел от Дженни, Кира налетела на нее. Дженни пришлось держать ее обеими руками за плечи, чтобы не подпустить ко мне.
− Значит, ты не нарочно меня оскорбляешь?
− Нет.
Возможно. Я уже ничего не понимаю.
− А как насчет моей сестры? − зарычала она.
− Господи, только не начинай снова. − застонав, я закатил глаза.
Я не хотел повторения нашей ругани под дождем, но, похоже, именно к этому мы и движемся.
Кира так сильно толкнула Дженни, что Эван сделал шаг вперед, чтобы помочь девушке. Но Дженни взглянула в его сторону и покачала головой, так что Эван отступил и позволил ей справиться самой.
− Да! Начинаю! Снова! Ты обещал! — взвыла Кира, тыча в меня пальцем.
Гнев заполнил меня до краев. Она не имела права говорить что-либо о том, с кем я спал… Даже если я этого не делал.
− Значит, я соврал, Кира, что тут непонятного? Со мной такое случается, ксли ты не заметила! − я в отчаянии взмахнул руками. − И что такого? Она хотела меня, а ты − нет. Какое тебе дело, если я…
− Потому что ты мой! — бездумно выкрикнула она.
Кровь отхлынула от моего лица и собралась где-то в желудке, где она кипела и взбивалась во что-то темное и яростное. Когда бушующий огонь вернулся ко мне, слова полились сами по себе.
− Нет, не твой! В ЭТОМ ВСЕ ГРЕБАНОЕ ДЕЛО!
Дженни отругала меня, и я сердито сверкнул глазами. Я был не в настроении для того, чтобы мне делали замечания. Не в настроении для всего этого дерьма.
Кира мой напор не испугал. Наоборот, она все также раздражающе дразнила меня, растягивая нашу ругань. Может, ей это нравилось?
− Так вот почему ты это сделал? Поэтому переспал с ней, сукин ты сын? Хотел доказать?
Она так разозлилась, что голос ее сорвался. Я открыл рот, но Дженни опередила меня.
− Он этого не делал, Кира.
Обратив свою ярость на нее, я огрызнулся:
− Дженни!”
Гнев Киры начал рассеиваться, она была совершенно растеряна.
− Что? − спросила она у Дженни.
Увидев, что Кира успокоилась, Дженни убрала руки с ее плеч.
− Это не Келлан спал с ней.
Я сделал шаг в сторону Дженни, и Эван тоже. Зная, что Эван чувствовал к ней, я отступил. Он пока держался в стороне, но если я начну наезжать на Дженни, Эван будет ее защищать. И мне не хотелось, чтобы он применял силу. Достаточно было пощечин от Киры.
− Это тебя не касается, Дженни, не лезь!
− Теперь касается! − раздраженно глядя на меня, сказала Дженни. — Келлан, зачем ты ей врешь? Скажи правду! Хоть раз скажи ей правду.
Я знал, что Дженни знает об Анне с Гриффином. Гриффин постоянно пересказывал эту историю. Честно говоря, удивительно, что Кира еще не слышала ее. Может, мне стоило рассказать Кире, что случилось тогда, но это было единственное оружие, которое у меня осталось против нее, и я не хотел терять его. Я не мог говорить, мой рот оставался закрытым, а челюсть сжатой.
Эвану и Дженни это не понравилось. Кире тоже.
− Пожалуйста, скажите же мне хоть что-то! — сквозь зубы прошипела она.
Дженни снова посмотрела на Киру, и прежде, чем она заговорила, я понял, что спектакль окончен.
− Ты вообще слушаешь, что говорит Гриффин?
Обезумев от того, что моя ложь рушится, я пробормотал:
− Нет, она его сторонится, как огня. На то и был расчёт.
Киры в замешательстве поморщилась так, будто не могла сложить два и два.
− Погодите… Гриффин? Сестра спала с Гриффином?
Она сказала это так, словно не могла поверить, что кто-то вообще согласится спать с Гриффином, не говоря уже о ее сестре.
Кивнув, Дженни закатила глаза.
− Кира, он только об этом и твердит. Поет на каждом углу — «лучшая дырка в моей жизни!» − сказала Дженни, скривившись от отвращения и даже высунув язык.
Меня бесит, что Дженни вдается в такие подробности, бесит, что я вернулся сюда, бесит моя жизнь.
− Ну хватит Дженни, − рявкнул я.
Пораженная внезапным открытием, Кира обменялась взглядами с Эваном и Дженни, затем посмотрела на меня.
− Ты мне соврал? − прошептала она.
− Ты так подумала, − с наигранной небрежностью пожал плечами я. − Я просто не стал разубеждать.
Выражение ее лица омрачилось.
− Ты мне соврал!
− Сказано же тебе: со мной случается!
− Но зачем? − не сдавалась она.
Это был справедливый вопрос, на который я не мог ответить. Я больше не мог даже смотреть на нее из страха, что она видит меня насквозь.
− Ответь ей, Келлан, − услышал я голос Дженни.
Я взглянул на нее, стоящую между нами, и она подняла бровь в ожидании. Нахмурившись, я молчал. Как я мог ей об этом рассказать? Как я мог вообще о чем-либо ей рассказывать? Заговорить — значит открыть ей свое сердце. А открыть сердце — значит признаться во всем… Но она уже причинила мне столько боли. Еще одна рана просто убьет меня.
Мягкий голос Киры нарушил тишину.
− Эта стычка в машине в дождь… Все началось потому, что я рассвирепела на вас с Анной. Зачем ты позволял мне думать…
−А почему ты сразу предполагаешь… − перебил я.
